Сокращение ядерного вооружения. Ядерное оружие США: будет ли сокращение? США обсудят с Россией ядерное разоружение

Сокращение ядерного вооружения. Ядерное оружие США: будет ли сокращение? США обсудят с Россией ядерное разоружение

31 июля 1991 года президентом СССР Михаилом Горбачёвым и президентом США Джорджем Бушем-старшим был подписан Договор о сокращении и ограничении тактических наступательных вооружений (СНВ-1). Невзирая на немалые усилия, которые были проделаны странами в этом направлении, загвоздка взаимной ядерной опасности до сего времени не решена и вряд ли в ближайшем грядущем решится. Как считают русские военные специалисты, тому виной действия США, которые подталкивают мир к новой гонке вооружений.

На грани войны

Ядерная гонка между СССР и США стала правильным признаком холодной войны, начавшейся с конца 50 годов. Мировые державы неистово соревновались в военной мощи, не жалея на неё ни средств, ни человеческих источников. Парадокс, но, допустимо, именно сверхусилия в этой гонке не дали какой-нибудь из стран однозначно превзойти «возможного противника» по вооружению, а значит, сберегали паритет. Но в результате обе сверхдержавы оказались вооружены даже сверх меры. В какой-то момент речь зашла о сокращении тактических вооружений - но тоже на паритетной основе.
Впервые переговоры с целью ограничить ядерные резервы прошли в Хельсинки в 1969 году. К этому периоду относят подписание лидерами стран договора ОСВ-1. Он ограничивал число баллистических ракет и пусковых установок обеих сторон на том ярусе, на котором они находились в тот момент, а также предусматривал принятие на вооружение новых баллистических ракет сурово в том числе, в котором были ранее списаны устаревшие ракеты наземного базирования. 2-й договор - ОСВ-2 (по сути продолжавший 1-й) - был подписан через 10 лет. Он вводил лимитация на размещение ядерного оружия в космосе (орбитальные ракеты Р-36орб) и правда не был ратифицирован сенатом США, тем не менее, как считают специалисты, выполнялся обеими сторонами.
Очередной этап переговоров о необходимости сокращения тактических вооружений состоялся в 1982 году, впрочем так ни к чему и не привёл. Переговоры многократно приостанавливались и опять возобновлялись.
В октябре 1986 г. на советско-заокеанском саммите в Рейкьявике СССР выдвинул предложение о 50% сокращении тактических сил и согласился не рассматривать тактические вооружения, имеющиеся у союзников США по НАТО. Впрочем предложения Советского Союза были увязаны с обязательством о невыходе из подписанного в 1972 году Договора по ПРО. Допустимо, следственно эти предложения остались без результата.
В сентябре 1989 года СССР принял решение не увязывать вопрос о ПРО с завершением соглашения о сокращении тактических вооружений, а также не включать в сферу действия нового договора крылатые ракеты морского базирования. На окончательное согласование текста понадобилось около 2-х лет. Позже распада СССР его преемниками по договору признали себя Россия, Белоруссия, Казахстан и Украина, на территории которых было помещено ядерное оружие. Подписав в мае 1992 года Лиссабонский протокол, Белоруссия, Казахстан и Украина обязались ликвидировать либо передать ядерное орудие под контроль России. Скоро в качестве неядерных государств они присоединились к Договору по нераспространению ядерного оружия (ДНЯО).
Договор о сокращении и ограничении тактических наступательных вооружений (СНВ-1) был подписан 31 июля 1991 г. в Москве президентами СССР и США Михаилом Горбачёвым и Джорджем Бушем-старшим. Он воспрещал разрабатывать и развёртывать баллистические ракеты воздушного запуска, тяжёлые баллистические ракеты, подводные пусковые установки баллистических и крылатых ракет, средства скоростного перезаряжания пусковых установок, увеличивать число зарядов на существующих ракетах, переоборудовать «обыкновенные» средства доставки ядерного оружия. Правда, документ вступил в силу только 5 декабря 1994 г., став первым (ратифицированным) договором о контроле над вооружениями, обеспечившим действительное сокращение развёрнутых тактических вооружений и установившим суровый режим проверки его выполнения.

Сколько было и сколько стало

Система контроля за выполнением договора СНВ-1 включала проведение взаимных проверок на местах базирования, уведомление о производстве, испытаниях, передвижении, развёртывании и истреблении СНВ. На момент подписания СНВ-1, по данным на сентябрь 1990 года, у СССР было 2500 «тактических» носителей, на которых был размещён 10 271 боезаряд. США располагали 2246 носителями с 10 563 боезарядами.
В декабре 2001 года Россия и США объявили о выполнении обязательств: у России осталось 1136 носителей и 5518 боезарядов, у США - соответственно 1237 и 5948. Договор между РФ и США о последующем сокращении и ограничении тактических наступательных вооружений - СНВ-2 - был подписан в Москве 3 января 1993 года. Во многом он опирался на базу договора СНВ-1, но полагал крутое сокращение числа ракет наземного базирования с разделяющимися головными частями. Впрочем документ не вступил в силу, потому что США не закончили процесс ратификации, в 2002 г. выйдя из Договора по ПРО от 1972 г., с которым был увязан СНВ-2.
Предложения о разработке СНВ-3 начали обсуждаться в марте 1997 г. в ходе консультаций президентов РФ и США Бориса Ельцина и Билла Клинтонав Хельсинки. Этим договором планировалось установить «потолки» на ярусе 2000-2500 тактических ядерных боезарядов, также было намерение придать договору бессрочный нрав. Впрочем на тот момент документ подписан не был. С инициативой опять начать новейший переговорный процесс в июне 2006 года выступил президент РФ Владимир Путин.
Но разработка документа началась в апреле 2009 г. сразу позже встречи президентов Дмитрия Медведева и Барака Обамыв Лондоне в границах саммита G20. Переговоры начались в мае 2009, а завершились через 11 месяцев подписанием договора президентами России и США 8 апреля 2010 г. в Праге (СНВ-3, «Пражский договор»). Его официальное наименование - Договор между США и РФ о мерах по последующему сокращению и ограничению тактических наступательных вооружений. В феврале 2011 года он вступил в силу и будет делать на протяжении 10 лет.
Во время разработки документа на вооружении России находилось 3897 ядерных боезарядов и 809 развёрнутых носителя и ПУ, на вооружении США - 5916 ядерных боеголовок и 1188 носителей и ПУ. На июнь 2011 г., когда Россия и США впервой обменялись данными согласно СНВ-3, у России было 1537 боеголовок, 521 развёрнутый носитель, а совместно с неразвёрнутыми - 865 единиц. У США - 1800 боезарядов, 882 развёрнутых носителя при их всеобщем числе 1124. Таким образом, Россия теснее тогда не нарушала установленного договором порога по развёрнутым носителям в 700 единиц и по каждому показателям отставала от США.
«Я с трудом оцениваю подписание договора о разоружении, так как паритет был нарушен со стороны США, которые теперь возглавляет борец за мир, нобелевский лауреат товарищ Обама. Реально тогда американцы нас одурачили. Они никогда не говорили нам правду. Когда разрушился СССР, они хлопали в ладоши. Обещали, что НАТО не будет расширяться, но он теснее подошёл до такой степени к границам России, что до него рукой подать», - считает глава Комитета Госдумы по обороне Владимир Комоедов, намекая на ненадёжность партнёрства с Америкой.

Военный специалист Игорь Коротченкосогласен с тем, что прерывание военной гонки СССР было положительным решением, но в то же время прошло идеально неравномерно.
«Ядерное оружие во времена СССР было у нас избыточно. Верно так же, как оно было избыточно у американцев. Следственно сокращаться нужно было непредвзято. Но мы примитивно дюже мощно этим увлеклись. Мы вначале начали уменьшать ядерные силы, потом согласились на ликвидацию Варшавского договора без какой-нибудь ясной компенсации со стороны Запада. Позже этого случились каждому знаменитые события, связанные с развалом СССР», - пояснил АиФ.ru Игорь Коротченко.

Не числом, а качеством

В данный момент специалисты говорят о том, что паритет удалось восстановить.
«Он был достигнут дюже давным-давно. Но качество оставалось за США, у которых около 2-х третей ракет с ядерными боеголовками расположены на подводных лодках, которые непрерывно находятся в движении. А у нас они все на неподвижных пусковых установках, которые поразить легче. Следственно американцы придумали доктрину моментального удара и плюс сооружают сегодня добавочно систему ПРО, а реально это и система слежения, и огневого сопровождения, и сам рубеж. Плюс корабельный рубеж они установили в районе Ламанша и укрепили континентально индустриальный район Нью-Йорка», - пояснил АиФ.ru Комоедов.
По его словам, США сегодня хотят Россию запугать и диктовать ей свои данные, но «эти эмоции и амбиции нужно им куда-то запрятать» и взамен этого начать договариваться.
В 2014 г. Россия впервой с начала XXI столетия сравнялась с США и по числу развёрнутых и неразвёрнутых носителей, и по числу боеголовок (в т. ч. в связи с принятием на вооружение ядерных подлодок нового плана 955, оснащённых ракетами «Булава» с несколькими боезарядами; помимо того, на смену межконтинентальным баллистическим ракетам «Тополь-М» с одной боеголовкой пришли ракеты «Ярс» с тремя боеголовками). Так, по состоянию на 1 сентября 2014 г., за США числилось 794 развёрнутых носителя, а за Россией - только 528. При этом число боеголовок на развёрнутых носителях у США - 1642, у России - 1643, число же развёрнутых и неразвёрнутых установок у США - 912, у России - 911.
Согласно данным Госдепа США о ходе выполнения СНВ-3 от 1 января 2016 г., на вооружении США находится 762 развёрнутых носителя ядерных боезарядов, у России - 526. Число боеголовок на развёрнутых носителях у США - 1538, у России - 1648. В совокупности развёрнутых и неразвёрнутых пусковых установок МБР, БРПЛ и ТБ в США - 898, в России - 877.
По суждению Коротченко, раньше каждого, паритет основан на выполнении действующих ограничений по договору СНВ-3, тот, что является тактическим последующим шагом в деле сокращения ядерного оружия.
«Сегодня происходит обновление русских тактических ядерных сил, раньше каждого, за счёт поступления новых твердотопливных межконтинентальных баллистических ракет РС 24 «Ярс» шахтного и мобильного базирования, которые составят основу группировки ракетных войск тактического назначения на период 30 лет. Принято также решение о начале разработки боевого железнодорожного ракетного комплекса, плюс к этому разрабатывается новая тяж\лая межконтинентальная баллистическая ракета на жидком топливе. Это магистральные направления, связанные с поддержанием паритета в части касающейся РВСН (Ракетные войска тактического назначения). Что касается наших морских ядерных сил, то серийно сегодня строятся и передаются флоту подводные ракетные крейсера класса «Борей» с межконтинентальными баллистическими ракетами морского базирования «Булава». То есть существует паритет и по морским ядерным силам», - говорит Коротченко, подмечая, что Россия может ответить США и в воздушном пространстве.
Но что касается предложений, которые звучат из США о последующем сокращении ядерного оружия либо вообще о ядерном нуле, то Россия, считает специалист, на эти предложения откликаться не будет.
«Для США роль ядерного оружия снижается с всяким годом, вследствие тому, что они развивают обыкновенные ударные высокоточные вооружения, которые достигают такого же результата, как и при применении ядерного оружия. У России же ставка сделана на ядерные силы как на основу нашей военной мощи и поддержание равновесия в мире. Следственно отказываться мы от ядерного оружия не будем», - говорит специалист, подчёркивая нецелесообразность последующего сокращения ядерного оружия.
По его словам, Сша теперь всеми действиями подталкивает мир к возобновлению гонки вооружений, но поддаваться на это не стоит.
«Нам нужно поддерживать самодостаточный оборонный равновесие», - считает Коротченко.
26 мая 1972, Ричард Никсон и Леонид Брежнев подписали соглашения об ограничении тактических вооружений (ОСВ). В связи с годовщиной этого события газета Le Figaro предлагает вашему вниманию обзор основных российско-заокеанских двусторонних соглашений.
Разоружение либо лимитация наращивания тактических вооружений? Политика ядерного устрашения во времена холодной войны повлекла за собой яростную гонку вооружений 2-х супердержав, которая могла бы привести к катастрофе. Именно следственно 45 лет назад США и СССР подписали 1-й договор о сокращении тактических вооружений.
Договор 1: первое двустороннее соглашение о сокращении вооружений
26 мая 1972 года президент США Ричард Никсон и Генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Брежнев подписали соглашение об ограничении тактических вооружений. Подписание происходило перед телекамерами во Владимирском зале Большого кремлевского дворца в Москве. Это событие стало итогом переговоров начавшихся в ноябре1969 года.
Договор ограничивал число баллистических ракет и пусковых установок, их расположение и состав. Дополнение к договору от 1974 года сократило число развертываемых всякой стороной районов ПРО до одного. Впрочем один из пунктов договора дозволял сторонам расторгнуть договор в одностороннем порядке. Именно это и сделали США в 2001 году, дабы приступить к развертыванию системы ПРО на своей территории позже 2004-2005 годов. Дата окончательного выхода США из этого соглашения наступила 13 июня 2002 года.
Договор 1972 года включает в себя временное соглашение сроком на 20 лет, которое воспрещает производство пусковых установок межконтинентальных баллистических ракет наземного базирования и ограничивает пусковые установки баллистических ракет на подводных лодках. Также, согласно этому договору, стороны обязуются продолжить энергичные и всеобъемлющие переговоры.
Это «историческое» соглашение должно было исключительно подмогнуть в поправлении баланса сил устрашения. И это не касается производства наступательных вооружений и ограничений числа боеголовок и тактических бомбардировщиков. Ударные силы обеих стран все еще дюже крупны. В первую очередь данный договор разрешает обеим странам умерить расходы, сберегая при этом способность массового поражения. Это всподвигло Андре Фроссара (André Frossard) написать в газете 29 мая 1972 года: «Быть способными устроить приблизительно 27 концов света - точную цифру я не знаю - дает им довольное чувство безопасности и дозволяет им избавить нас от множества дополнительных методов разрушения. За это нам надобно благодарить их добродушное сердце».
Договор 2: ослабление напряженности между двумя странами
После 6 лет переговоров новейший договор между СССР и США об ограничении тактических наступательных вооружений был подписан заокеанским президентом Джимми Картером и Генеральным секретарем ЦК КПСС Леонидом Брежневы в Вене 18 июня 1979 года. Данный непростой документ включает в себя 19 статей, 43 страницы определений, 3 страницы с перечислениями резервов военных арсеналов 2-х стран, 3 страницы протокола, тот, что вступит в силу 1981 году и, наконец, декларацию о тезисах, которые лягут в основу переговоров по ОСВ-3.
Договор ограничивал число тактических ядерных вооружений обеих стран. Позже подписания договора Джимми Картер заявил в своей речи: «Эти переговоры, которые постоянно длятся вот теснее десять лет, вызывают ощущения, что ядерная соперничество, если она не будет ограничена всеобщими правилами и ограничениями, может привести только к катастрофе». При этом заокеанский президент уточнил, что «данный договор не отнимает надобность обеих стран поддерживать их военную мощь». Но данный договор так и не был ратифицирован США из-за вторжения СССР в Афганистан.

Договор о ликвидации ракет средней и малой дальности
8 декабря 1987 года в Вашингтоне, Михаил Горбачев и Рональд Рейган подписали бессрочный Договор о ликвидации ракет средней и малой дальности (РСМД), вступивший в силу в мае 1988 года. Данный «исторический» договор впервой предусматривал ликвидацию вооружений. Речь шла о ракетах средней и малой дальности с радиусом действия от 500 до 5, 5 тысяч км. Они представляли собой от 3 до 4 % каждого арсенала. В соответствии с договором, стороны, в течение трёх лет с момента его введения в силу, обязаны были истребить все ракеты средней и малой дальности. Договор также предусматривал процедуры взаимных проверок «на местах».
Во время подписания договора Рейган подчеркнул: «Впервой в истории мы перешли то обсуждений контроля над вооружениями к обсуждению их сокращения». Оба президента исключительно настаивали на сокращении 50% их тактических арсеналов. Они ориентировались на грядущий договор СНВ, подписание которого изначально было намечено на весну 1988 года.

СНВ‑1: предисловие подлинного разоружения
31 июля 1991 года президент США Джордж Буш и его советский сотрудник Михаил Горбачев подписали в Москве Договор о сокращении тактических наступательных вооружений. Это соглашение стало первым настоящим сокращением тактических арсеналов 2-х сверхдержав. По его условиям, страны обязаны были в три этапа (по семь лет) на четверть либо треть уменьшить число самых опасных видов оружия: межконтинентальных баллистических ракет и ракет подводного базирования.
Число боеголовок должно было сократиться до 7 тысяч для СССР и 9 тысяч для США. Привилегированное расположение в новом арсенале отводилось бомбардировщикам: число бомб должно было усилиться с 2, 5 до 4 тысяч у США и с 450 до 2, 2 тысяч у СССР. Помимо того, в договоре предусматривались разные контрольные меры, а окончательно он вступил в силу в 1994 году. По словам Горбачева, он стал ударом по «инфраструктуре ужаса».
СНВ-2: коренные сокращения

Контекст

Конец договора о РСМД?

Defence24 16.02.2017

Договор РСМД мертв?

The National Interest 11.03.2017

СНВ-3 и ядерный рывок России

The Washington Times 22.10.2015

США обсудят с Россией ядерное разоружение

Русская служба «Голоса Америки» 02.02.20133 января 1993 года президент России Борис Ельцин и его заокеанский сотрудник Джордж Буш подписали в Москве договор СНВ-2. Он стал огромным событием, от того что предусматривал сокращение ядерных арсеналов на две трети. Позже введения соглашения в силу в 2003 году заокеанские резервы обязаны были уменьшиться с 9 тысяч 986 боеголовок до 3, 5 тысяч, а русские - с 10 тысяч 237 до 3 тысяч 027. То есть, до яруса 1974 года для России и 1960 года для Америки.В договоре был прописан и еще один главный момент: истребление ракет с разделяющимися боеголовками. Россия отказалась от высокоточного оружия, которое составляло основу ее сил сдерживания, тогда как США убирали половину установленных на подлодках ракет (фактически не обнаружимы). СНВ-2 был ратифицирован США в 1996 году и Россией в 2000 году.
Борис Ельцин увидел в нем источник веры, а Джордж Буш посчитал его символом «окончания холодной войны» и «свободного от ужаса лучшего грядущего для наших родителей и детей». Как бы то ни было, реальность осталась не столь идиллической: обе страны все еще могут несколько раз истребить всю планету.
СНП: точка в холодной войне
24 мая 2002 года президенты Джордж Буш-младший и Владимир Путин подписали в Кремле Договор о сокращении тактических наступательных потенциалов (СНП). Речь шла об уменьшении арсеналов на две трети за десять лет.
Тем не менее, это малое по объему двустороннее соглашение (пять коротких статей) не отличалось точностью и не содержало проверочных мер. Его роль с точки зрения образа сторон была значимей его наполнения: о сокращении говорили не впервой. Как бы то ни было, оно все же стало поворотным моментом, окончанием военно-тактического паритета: не владея надобными для того экономическими вероятностями, Россия отказалась от притязаний на ранг сверхдержавы. Помимо того, договор открыл дверь в «новую эпоху», так как сопровождался заявлением о «новом тактическом партнерстве». США делали ставку на обыкновенные вооруженные силы и понимали бесполезность большей части своего ядерного арсенала. Буш подметил, что подписание СНП разрешает избавиться от «достояния холодной войны» и враждебности между двумя странами.
СНВ-3: охрана национальных интересов
8 апреля 2010 года президент США Барак Обама и его русский сотрудник Дмитрий Медведев подписали очередное соглашение о сокращении тактических наступательных вооружений (СНВ-3) в испанской гостиной пражского замка. Оно было призвано заполнить юридический вакуум, тот, что появился позже истечения срока действия СНВ-1 в декабре 2009 года. По нему был установлен новейший потолок ядерных арсеналов 2-х стран: сокращение ядерных боезарядов до 1, 55 тысяч единиц, межконтинентальных баллистических ракет, баллистических ракет подводных лодок и тяжелых бомбардировщиков - до 700 единиц.
Кроме того, в соглашении предусматривается проверка цифр совместной группой инспекторов через семь лет позже его введения в силу. Тут стоит подметить, что установленные планки не слишком отличаются от тех, что были указаны в 2002 году. В нем также не говорится о стратегическом ядерном оружии, тысячах деактивированных боеголовок на складах и бомбах тактической авиации. Заокеанский Сенат ратифицировал его в 2010 году.
СНВ-3 стал последним российско-заокеанским соглашением в сфере контроля над ядерным оружием. Через несколько дней позже введения в должность в январе 2017 года президент США Дональд Трамп заявил, что предложит Владимиру Путину снятие санкций с России (были введены в результат на аннексию Крыма) в обмен на договор о сокращении ядерного оружия. По последним данным заокеанского Госдепартамента, у США имеется 1 тысяча 367 боеголовок (бомбардировщики и ракеты), тогда как русский арсенал достигает 1 тысячи 096.
Материалы ИноСМИ содержат оценки экстраординарно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.
На протяжении последних 50 лет центральным звеном российско-заокеанского взаимодействия были отношения в военно-тактической области и в непринужденно связанной с нею сфере интернационального контроля над вооружениями, в первую очередь, ядерными. Схоже, что отныне двусторонний, а, следственно, и многосторонний контроль над ядерными вооружениями становится монументом истории.
Сегодня США не намерены объединять себе руки какими бы то ни было соглашениями по вопросам ограничения и сокращения вооружений.
В военной политике США происходят невидимые перемены по причинам больше глубинным, нежели надобность борьбы с транснациональным терроризмом. Давным-давно позабыты нератифицированные ими договоры СНВ-2 и ДВЗЯИ (о ядерных испытаниях). Вашингтон объявил о выходе из Договора по ПРО. Круто (примерно на 100 млрд. долл.) увеличен бюджет Пентагона. Принята новая ядерная концепция, предусматривающая модернизацию тактических наступательных вооружений, создание проникающих ядерных боезарядов малой мощности, которые допускается использовать в сочетании с высокоточным обыкновенным оружием, а также вероятность применения ядерного оружия вопреки неядерных государств.
Помимо политической составляющей - продолжения линии США на глобальное военно-политическое доминирование в ХХI веке - данный курс имеет также технологическое и экономическое измерения, связанные с интересами заокеанских военно-индустриальных корпораций, а также намерением заокеанского начальства через массированные финансовые вливания в огромные военно-технологические программы обеспечить возрастание научно-технического яруса заокеанской промышленности.
По оценкам ряда наших специалистов, метаморфозы военной политики Вашингтона не представляют непосредственной опасности для национальной безопасности России, во каждом случае, на ближайшие 10-15 лет, отныне до реального развертывания американцами тактической системы ПРО. Впрочем эти метаморфозы, раньше каждого прерывание действия Договора по ПРО ставят под сомнение интернациональный режим контроля над вооружениями, могут вызвать новейший виток гонки вооружений, дать добавочный толчок процессу распространения ОМУ и средств его доставки.
Тактическая линия России в отношении действий США, как представляется, была правильной: начальство России не ударилось в панику, не встало на путь риторических угроз и не заявило о тяготении соревноваться с США в области наступательных и фортификационных вооружений. Совместно с тем видимо и то, что сделанные американцами шаги относятся к разряду тактических и потому требуют от нас тактических решений касательно собственной ядерной политики.
Важными при определении нашей последующей линии, как представляется, являются следующие факторы.
Несмотря на солидное совершенствование интернациональной атмосферы и сведение к минимуму вероятности появления огромных войн и военных раздоров между ведущими государствами, кардинального уменьшения роли ядерного оружия в их политике не отслеживается. Наоборот, беспрецедентные по масштабам сентябрьские террористические акты и меняющиеся приоритеты угроз ведут, если судить по новой ядерной доктрине США, к снижению порога использования ядерного оружия с появлением вероятности дрянно контролируемой эскалации. Этому же содействует последующее распространение ОМУ и средств его доставки, а также нарастающая территориальная малоустойчивость.
В каком бы направлении ни прогрессировали политические отношения между Москвой и Вашингтоном, пока в их арсеналах остается ядерное оружие, военные ведомства обязаны будут разрабатывать планы его использования друг супротив друга, правда бы «на крайний случай».
Особенность периода позже окончания холодной войны заключается в непредвиденности становления военно-политической атмосферы в мире. В этой обстановки США продолжают модернизировать свои ядерные силы и сберегают способность к их стремительному наращиванию; при этом вопрос о завершении с Россией новых юридически обязывающих и контролируемых договоренностей о необратимых сокращениях СНВ продолжает оставаться открытым.
Накопленный в США технологический задел и итоги натурных испытаний отдельных компонентов ПРО свидетельствуют о вероятности теснее в среднесрочной перспективе развернуть абсолютно работоспособную ограниченную систему борьбы с ракетами, плотность которой дозволено будет в будущем непрерывно наращивать.
Исходя из этого, у России не остается иного выбора, помимо как оставаться в обозримой перспективе сильной ядерной державой. Действующие же в текущее время планы становления русских СЯС, с одной стороны, были рассчитаны на введение в силу Договора СНВ-2 и сохранение Договора по ПРО, а с иной стороны, ориентированы на их перевоплощение в подобие заокеанской «триады» с усилением взноса морской и авиационной составляющих во вред наземной группировке МБР.
В новой тактической обстановки, создаваемой США, становится нужным безотлагательный пересмотр наших планов в области СЯС в сторону максимального продления сроков эксплуатации наземной группировки МБР с РГЧ ИН; поддержания планируемого боевого состава морской части «триады», а также авиационной составляющей, способной решать как ядерные, так и неядерные задачи. Ни с военной, ни с экономической точки зрения было бы неоправданным сохранение ветхих планов, разрабатывавшихся для добротно другой атмосферы. Возрастает также востребованость становления информационно-руководящих систем тактических ядерных сил России.
Ядерный равновесие с США в касательно широком диапазоне всеобщего числа боезарядов и боевых вероятностей (речь не идет о несбыточном поправлении паритета) по-бывшему обеспечивал бы специальные тактические отношения с США и политически весомую роль России в мире. При этом поддерживалась бы увлеченность США в продолжении диалога по наступательным и фортификационным вооружениям, по каждому комплексу политических и экономических взаимоотношений. Возрастает также востребованость становления информационно-руководящих систем тактических ядерных сил России.
По дипломатической линии нужно сделать все допустимое для сохранения переговорного режима контроля над вооружениями, включая задачу завершения нового договора с США по СНВ.
Вместе с тем обзор показывает, что США скорее каждого не пойдут на полномасштабный договор, предусматривающий необратимые и контролируемые сокращения тактических вооружений, на чем первоначально настаивала русская сторона. Помимо того, против ранее многократно дававшимся заверениям о том, что разрабатываемая заокеанская система ПРО будет ограниченной (способной перехватывать лишь несколько десятков боеголовок), фиксировать сходственные ограничения Вашингтон очевидно пока не склонен. Если за этим стоят планы США по энергичному применению космических систем, то становится тем больше явственным, что грядущая заокеанская система ПРО допустимо может угрожать и России.
Договор о сокращении тактических наступательных потенциалов (ДСНП), заключенный в мае 2004 г. в Москве, не удовлетворяет принципиальным требованиям о необратимости и контролируемости сокращений и, помимо того, не предусматривает ограничений на способности системы ПРО. По существу он обозначает, что США реально не уменьшают ни тактические носители, ни ядерные боезаряды к ним. Условно поделив свои СНВ на оперативно развернутые и резервные, они лишь переводят часть нынче развернутых средств в оперативный запас, нарастив тем самым возвратный потенциал. Это значит, что в всякий момент времени американцы могут нарастить свои оперативно развернутые тактические вооружения фактически до текущего яруса. Мы же, с учетом особенностей наших тактических наступательных вооружений, остающихся сроков их службы, распада ранее существовавшей кооперации производителей и ряда других факторов, обязаны реально уменьшать свои СНВ. При этом экономические затраты на их ликвидацию и утилизацию для нас довольно важны.
В этих условиях США, исключительно с учетом создания в недалеком грядущем противоракетного потенциала, получают безусловное тактическое доминирование в мире, вероятность без каждых оглядок делать с позиции силы в решении всяких интернациональных вопросов, в том числе и по отношению к России.
С нашей стороны уместно вести дело к подписанию нового соглашения, включающего в себя следующие принципиальные элементы:
Согласованный предельный ярус по боезарядам (в промежутке 1700-2200 ед.), достигаемый в течение 10 лет, в сочетании со волей размещения боезарядов на носителях и необратимостью сокращений СНВ;
Сохранение мер контроля, установленных по Договору СНВ-1, в «облегченном» режиме;
Фиксация расположений об ограниченности грядущей ПРО, о которой говорит заокеанская сторона, путем установления предельного согласованного числа боеголовок, которое будет способна перехватить такая ПРО;
Запрет на развертывание систем космического базирования;
Обеспечение транспарентности и усиленного режима мер доверия в области тактических вооружений.
При таком варианте Россия в существенной степени сберегала бы автономность своей ядерной политики и единовременно добивалась приемлемых для нас ограничений на становление тактических наступательных и фортификационных вооружений.
В случае, если и на этой основе не удастся выйти на соглашение, то дозволено было бы предложить американцам подписать совместное заявление о готовности сторон в ближайшее время закончить консультации (переговоры) по загвоздке тактических вооружений. Такое решение дозволило бы нам больше скрупулезно и всесторонне провести обзор складывающейся обстановки, в том числе с учетом долговременных последствий выхода США из Договора по ПРО, а также просчитать разные варианты становления наших СЯС в новых условиях, не ограничиваемых договорными обязательствами.
Одновременно с этим уместно выдвинуть велико продуманные и отлично аргументированные наши предложения по сотрудничеству с США в области ПРО, не подрывающему тактическую устойчивость, в том числе по совместному созданию и применению глобальных информационных систем, а также по новому поколению мер доверия в области ядерных вооружений - как тактических, так и стратегических. Политический выигрыш такого шага для России явствен.
В частности, дозволено было бы предложить осуществить совместную разработку российско-заокеанской информационной системы космического базирования (теперь американцы сами работают над такой низкоорбитальной системой, получившей название «СБИРС-Лоу», которая для нас является одним из самых критичных компонентов грядущей заокеанской системы ПРО). Эту нашу идею дозволено мотивировать новым нравом российско-заокеанских отношений, готовностью США к сотрудничеству наших 2-х стран, в том числе и в области ПРО, укреплением доверия и тем, что грядущая система ПРО, по заявлениям президента США, не будет направлена супротив России. Отношение американцев к нашему предложению наглядно продемонстрирует, насколько объективны заявления заокеанских официальных лиц об отсутствии русской направленности разрабатываемой в США системы ПРО.
Одновременно было бы весьма желанно привлечь заокеанское начальство в больше широкий политико-тактический диалог. В этих целях дозволено было бы внести предложение о необходимости коллективно искать пути минимизации рисков, исходящих из непредвзято присутствующей обстановки взаимного ядерного сдерживания.
В случае, если американцы вообще не проявят заинтересованности к выработке какой бы то ни было взаимоприемлемой договоренности, рассматривающей интересы безопасности России, у нас, по каждой вероятности, не останется другого выбора, как перейти к независимой ядерной политике. В новой обстановки Россия могла бы независимо определять количественный и добротный состав своих ядерных сил, сделав обычный упор на наземные МБР, и раньше каждого с РГЧ ИН, что обеспечит ей вероятность гарантированного сохранения потенциала ядерного сдерживания США при любом варианте становления военно-политической атмосферы. Экономические вероятности для этого, как показывают оценки, у нас существуют.
В этих условиях следует взвесить рациональность возобновления работ по средствам, обеспечивающим результативное противодействие заокеанской ПРО, включающее разные методы как ее преодолевания, так и нейтрализации. Главно также обозначить комплекс мер энергичной и пассивной охраны отечественных СЯС. По оценкам, это особенно экономичный путь противодействия планам США в области ПРО. К тому же тут у нас есть и внушительный задел, тот, что уместно было бы востребовать.
При выработке долгосрочной линии России в ядерной области как представляется, нам нужно исходить из следующих явственных расположений:
Прежнее осознавание тактической устойчивости, основанной предпочтительно на ядерном балансе России и США, устарело, и в этом смысле Договор по ПРО потерял качество «краеугольного камня» тактической устойчивости;
Доктрина взаимного ядерного сдерживания, основанная на способности сторон к взаимному гарантированному разрушению, фундаментальным образом противоречит провозглашенному тезису партнерства в двусторонних отношениях;
Договор по ПРО устарел и в том смысле, что он был комбинированный частью тактического взаимоотношения СССР и США эры холодной войны, так сказать инструментом управления гонкой ядерных вооружений в период острой конфронтации 2-х сверхдержав;
Хотя ставка на ядерное сдерживание провозглашена в военных концепциях ведущих стран мира, должно быть ясно, что ядерное оружие - это не оружие XXI столетия: оно неотвратимо будет обесценено развертыванием систем ПРО, высокоточного обыкновенного оружия и другими новейшими военными спецтехнологиями. Нужно быть готовым к тому, что США в определенный момент поставят вопрос о полной ликвидации ядерного оружия - правда бы в пропагандистских целях. В этом смысле «ядерное величие» через некоторое время не сумеет обеспечивать ранг великой державы кому бы то ни было. Больше того, те страны, которые будут продолжать делать упор на ядерное оружие, могут оказаться через некоторое время в моральном проигрыше.
Речь следственно идет о том, дабы, рассматривая эти тактические парадигмы становления мировой военной политики, которые носят непредвзятый нрав и не зависят от свободы тех либо иных политических деятелей, просчитать особенно оптимальную ядерную политику России по существу на переходный период - от ядерного к постядерному (безъядерному) миру. Даже если такой переход затянется на десятки лет, осмысленная линия поведения в этом вопросе необходима теснее теперь - правда бы с учетом продолжительности жизненных циклов современных систем ядерных вооружений (от 10 до 30 лет и больше).
Одновременно дозволено было бы предложить американцам начать широкий политический диалог о переводе партнерства из декларативной фазы в реальную. Скажем, предложить им заключить новое широкомасштабное соглашение политического нрава, схожее «Основам взаимоотношений СССР и США» (1972 года), но отвечающего теснее новым действительностям, вызовам и угрозам интернациональной безопасности и новому партнерскому ярусу двусторонних отношений. (Внятно, что Декларация о тактических рамках российско-заокеанских отношений, принятая в Сочи 6 апреля 2008 г., не решает этой задачи.) Именно в такого рода документ дозволено было бы внести расположение о необходимости коллективно искать выход из обстановки взаимного ядерного сдерживания, удостоверивши ранее взятые на себя обязательства вести дело к полной ликвидации ядерного оружия. Это обязательство, в частности, могло бы быть конкретизировано договоренностью о начале консультаций о путях совместного и сбалансированного поэтапного движения к безъядерному миру и условиях его поддержания.
Если в этой области начнется предметный диалог, то взаимные озабоченности сторон касательно наступательных и фортификационных вооружений отойдут на 2-й план, если не будут сняты вообще. И тогда взаимоотношения сторон в военно-тактической области перестанут, наконец, быть доминантой двустороннего взаимодействия, уступив место сотрудничеству в иных областях, в большей мере отвечающих вызовам и угрозам ХХI века
Исходя, из того что Русской Федерации является правопреемницей СССР, то и является полноправным участником ратифицированных СССР интернациональных договоров.
В конце июля 1991 г. в Москве подписывается Договор СНВ-1. Дозволено отважно утверждать, что по своему охвату, степени детализации, трудности решенных в нем загвоздок -- это 1-й и конечный Договор такого рода. Предмет договора: МБР, БРПЛ, ПУ МБР, ПУ БРПЛ, ТБ, а также боезаряды МБР, БРПЛ и ядерные вооружения ТБ. Стороны договорились сократить свои тактические вооружения до яруса 1600 развернутых носителей и 6000 боезарядов на них. При этом наполовину должно быть сокращено число наших тяжелых МБР. Были введены ограничения и на неразвернутые средства. Впервой был установлен предел на суммарный забрасываемый вес баллистических ракет. Он не должен превышать 3600 т.
Весьма трудным оказалось согласование порядка зачета СНВ, исключительно вооружений ТБ. Не останавливаясь детально на этом вопросе, следует подчеркнуть, что в финальном счете тут был принят воображаемый засчет -- весомый бомбардировщик засчитывался как одна единица в число носителей, а все ядерные бомбы и ракеты малой дальности на нем -- как один ядерный боезаряд. Что касается КРВБ, то они засчитывались так: для СССР в пределах 180 ТБ -- по 8 боезарядов на всем бомбардировщике, для США в пределах 150 ТБ -- по 10 боезарядов, а сверх этих оговоренных чисел за всяким ТБ засчитывалось то число КРВБ, для которого он реально оборудован.
Сокращения вооружений обязаны осуществляться поэтапно в течение 7 лет со дня введения Договора в силу. Сразу нужно подметить, что Договор вступил в силу через три с половиной года позже его подписания в декабре 1994 г. Для столь долгой задержки были поводы (останавливаться на них нет, к сожалению, вероятности). В декабре 2001 г. стороны закончили сокращения своих вооружений до согласованных ярусов, предусмотренных Договором СНВ-1. Сокращения вооружений осуществлялись путем их ликвидации либо переоборудования по подробно разработанным процедурам. Лукашук, И.И. Интернациональное право. Всеобщая часть: учеб. для студентов юрид. фак. и вузов; Изд-во 3-е, перераб. и доп. / И.И. Лукашук. - М.:Волтерс Клувер, 2005. - 432 с.
Контроль за соблюдением обязательств по Договору СНВ-1 включает применение НТСК; 14 разных видов инспекций; постоянное слежение на объектах по производству мобильных МБР; обеспечение доступа к телеметрической информации, передаваемой с борта баллистических ракет при их пусках, включая обмен магнитными лентами с записанной телеметрической информацией; меры доверия, содействующие результативности контроля. Для содействия осуществлению целей и расположений Договора СНВ-1 сделана и доныне работает Совместная комиссия по соблюдению и инспекциям (СКСИ).
Надо сказать, что в будущем в переговорном процессе случились значимые сдвиги.
Еще до введения Договора СНВ-1 в силу, был подписан (в январе 1993 г.) Договор о последующем сокращении и ограничении СНВ, получивший название Договор СНВ-2. Данный Договор на девяносто процентов, если не больше, основывается на расположениях Договора СНВ-1, и потому он был подготовлен в предельно короткие сроки, приблизительно в течение полугода. Толстых, B.JI. Курс интернационального права: учебник / B.JI. Толстых. - М.: Волтерс Клувер, 2009. - 1056 с
Договор СНВ-2 предусматривал сокращение СНВ сторон до яруса в 3000-3500 боезарядов, с подуровнем в 1700-1750 боезарядов на БРПЛ. Превосходством этого Договора дозволено считать договоренность о настоящем засчете вооружений на всех ТБ. Совместно с тем, его особенностями, а многие эксперты считали недостатками, были требования ликвидации МБР с РГЧ, а также полной ликвидации всех наших тяжелых МБР. Предусматривалась вероятность переориентации (без каких-нибудь непременных процедур) до 100 ТБ на выполнение неядерных задач. По существу, осуществлялся итог их из засчета. Снимались по существу все ограничения на вероятность понижения числа боеголовок на баллистических ракетах.
Все это, как считалось, давало очевидные превосходства США и в итоге предопределило крайне острые дискуссии при ратификации этого Договора в Государственной Думе. В финальном счете, Государственная Дума ратифицировала Договор СНВ-2, а Съезд США до конца эту процедуру не довел (не был ратифицирован Протокол к Договору СНВ-2, подписанный 26 сентября 1997 г. в Нью-Йорке, о продлении сроков сокращения вооружений). С выходом США из Договора по ПРО вопрос о вступлении в действие Договора СНВ-2 был окончательно снят. МИД России 14 июня с.г. выступил с официальным заявлением о том, что в будущем мы не считаем себя связанными обязательством соблюдать данный Договор.
С приходом в США к власти администрации Дж.Буша-младшего наметилось крутое метаморфоза отношения заокеанской стороны к выработке соглашений в области контроля над вооружением. Была провозглашена линия на осуществление сокращений вооружений в одностороннем порядке, без выработки юридически обязывающих документов, без соответствующего контроля. Абсолютно видимо, что такой подход, если бы он был принят, привел бы к уничтожению переговорного процесса. Этого невозможно было допускать.
В таких условиях на свет и возник Договор о сокращении тактических наступательных потенциалов России и США, тот, что был подготовлен в высоко короткие сроки и подписан 24 мая нынешнего года в Москве. Данный Договор сразу же вызвал острые дебаты. Последователи Договора, видят предусмотренные в нем сокращения до яруса 1700-2200 развернутых боезарядов как шаг, направленный на последующее укрепление тактической устойчивости. Считают достижением и то, что он носит юридически обязывающий нрав. Противники Договора о СНП подчеркивают, что он по существу является лишь документом о намерениях. В нем не определен предмет договоренности, нет правил зачета ядерных боезарядов, процедур сокращения, расположений о контроле. Сокращения по новому Договору обязаны кончаться в 2012 г. В то же время он сберегает в силе Договор СНВ-1, срок действия которого истекает на 3 года прежде -- в 2009 г. И не ясно, как будет работать новейший Договор в течение этих 3 лет?
Конечно, все эти вопросы объективны. Но невозможно игнорировать того, что снижение яруса боезарядов на развернутых носителях с 6000 ед. (по Договору СНВ-1) до 1700-2200, это шаг, содействующий укреплению безопасности и устойчивости.
К концу 1990-х гг. процесс ядерного разоружения между странами значительно затормозился. Основная повод -- слабость русской экономики, которая не могла поддерживать количественные параметры тактических сил на том же ярусе, что и советская. В 2002 г. был заключен Договор о сокращении тактических наступательных потенциалов (Договор СНП), вступивший в силу 1 июня 2003 г. Договор состоит из 5 статей, тактические носители в нем не упоминаются. Согласно договору, стороны обязались к 31 декабря 2012 г. довести число тактических ядерных боезарядов до 1700-2200 единиц. Впрочем в договоре нет отчетливого представления, что воспринимается под термином «тактический ядерный боезаряд», а потому непостижимо, как их считать. Подписывая Договор СНП, стороны так и не договорились, что же они собираются уменьшать, а следственно и мер контроля данный договор не предусматривает. Позже подписания этого договора настал многолетний период застоя в разоруженческой сфере, и вот наконец-то в 2009-2010 гг. стали проявляться определенные положительные склонности. Толстых, B.JI. Курс интернационального права: учебник / B.JI. Толстых. - М.: Волтерс Клувер, 2009. - 1056 с
5 апреля 2009 г. в г. Праге (Чехия) Президентом США была озвучена инициатива о грядущем без ядерного оружия и допустимых путях его достижения. В ходе своего выступления Барак Обама не только подметил существующие вызовы режиму нераспространения ядерного оружия, среди которых присутствие тысяч единиц ядерного оружия, продолжающиеся испытания ядерного оружия, черный рынок торговли ядерными секретами и ядерными материалами, опасность попадания ядерного оружия в руки террористов и др., но и обозначил траекторию, которой нужно придерживаться для построения мира без ядерного оружия. Во-первых, это уменьшение роли ядерного оружия в стратегиях национальной безопасности государств. Начинать работу в этом направлении нужно с сокращения тактических вооружений. Для того дабы ввести всеобщий закроет на проведение ядерных испытаний, администрация Обамы будет немедленно и энергично достигать ратификации США Договора о всеохватывающем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ) и призывает подключиться к этому процессу другие страны. Для перекрытия каналов, по которым поступают элементы, нужные для создания ядерных бомб, нужно достигать завершения нового договора, тот, что подконтрольным образом запретит производство расщепляющихся материалов, предуготовленных для применения в государственных арсеналах ядерного оружия.
Во-вторых, для укрепления ДНЯО нужно принять ряд тезисов:

  • 1. В срочном порядке нужно изыскать добавочные источники для усиления полномочий интернациональных инспекций;
  • 2. Нужно определить настоящие и незамедлительные итоги для стран, нарушающих правила либо пытающихся выйти из ДНЯО без почтительных причин.

Нарушители норм ДНЯО обязаны быть наказаны. 6 апреля 2010 г. была принята новая ядерная концепция США, которая дозволяет США применить ядерное оружие в отношении ряда государств, в частности тех, которые не исполняют обязательств по ДНЯО. Причем эти страны названы реально - Северная Корея и Иран;
3. Нужно сделать новую основу для штатского ядерного сотрудничества, включающую интернациональный банк ядерного топлива, дабы все страны, которые отказались от ядерного оружия имели доступ к миролюбивой энергии без увеличения риска распространения. Парамузова, О.Г. Ядерная безопасность в условиях современного интернационального правопорядка / О.Г. Парамузова. - СПб.: Изд-во С.- Петерб. ун-та, 2006. - 388 с.
При этом Президент США заявил, что его администрация будет тяготиться к взаимодействию с Ираном на основе взаимных интересов и взаимного уважения. США поддерживают право Ирана на миролюбивую ядерную действие при условии суровых проверок со стороны МАГАТЭ. Впрочем пока эти проверки не осуществляются в полном объеме, действие Ирана представляет угрозу для соседей Ирана, для США, а также заокеанских союзников. До тех пор пока опасность со стороны Ирана будет сохраняться, США будут продолжать осуществление планов по созданию результативной системы противоракетной обороны (ПРО). В случае устранения иранской ядерной опасности, США прекратят осуществление программы ПРО; 5. Настойчиво нужно коллективно достигать того, дабы террористы никогда не сумели купить ядерное оружие. В связи с этим Б. Обама объявил о новых интернациональных усилиях направленных на то, дабы обеспечить охрану всех уязвимых ядерных материалов во каждым мире в течение четырех лет. Все страны обязаны развивать партнерские отношения для обеспечения верной охраны этих допустимо опасных материалов и наращивать свои усилия по истреблению черного рынка, обнаружению и перехвату материалов в пути их следования, применению финансовых инструментов для ликвидации каналов этой опасной торговли. Начать нужно с глобального саммита по ядерной безопасности.
США как исключительная ядерная держава, применившая ядерное оружие, не имеет морального права бездействовать, ввиду чего Президент США отчетливо и с убежденностью провозгласил приверженность Америки делу мира и безопасности в мире без ядерного оружия. При этом Президент США особенно подчеркнул, что он отменно понимает, что эта цель не будет достигнута стремительно, допустимо, этого не случится, пока он жив, но каждому мировому сообществу понадобится терпение и настойчивость в разрешении этого трудного вопроса.
Со своей стороны РФ неизменно поддерживала и взаимодействовала с авторами инициатив, направленных на достижение общего и полного разоружения (Гуверовская инициатива, Комиссия Эванса-Кавагути и др., в основе которых лежат предложения, направленные на укрепление ДНЯО, решение задач всеобщей безопасности на многосторонней основе). Россия рассматривает полную ликвидацию ядерного оружия как финальную цель постепенного, поэтапного процесса общего и полного разоружения. Эта цель может быть достигнута только на основе комплексного подхода при благоприятных интернациональных условиях, т.е. при сохранении тактической устойчивости и соблюдении правила равной безопасности для всех без исключения государств с учетом присутствующей неразрывной связи между тактическими наступательными и тактическими фортификационными вооружениями, о чем было сказано Президентом РФ Д.А. Медведевым на 64-й сессии ГА ООН. 5 февраля 2010 г. указом Президента РФ была утверждена новая Военная концепция РФ, в которой напрямую закреплено, что создание и развертывание систем тактической противоракетной обороны, подрывающих глобальную устойчивость и нарушающих сложившееся соотношение сил в ракетно-ядерной сфере, а также увеличение числа государств, владеющих ядерным оружием, являются основными внешними военными опасностями для России.
РФ также считает, что для укрепления интернациональной безопасности нужно сформулировать определенные параметры, при которых допустимо последующее движение по пути ядерного разоружения. Речь идет о таких условиях, как урегулирование территориальных раздоров, устранение толчков, подталкивающих государства к получению либо сохранению ядерного оружия, контролируемое прерывание наращивания обыкновенных вооружений и попыток «возместить» ими сокращение ядерных систем, верное обеспечение жизнеспособности ключевых разоруженческих и нераспространенческих инструментов, предотвращение размещения оружия в космосе. Не теряет актуальности и русская инициатива о сосредоточении ядерного оружия в пределах национальных территорий ядерных государств. Ее реализация привела бы к максимальному растяжению территории районов, где всецело отсутствует ядерное оружие. Россия считает, что теснее в обозримой перспективе к российско-заокеанским усилиям по сокращению тактических ядерных арсеналов обязаны плавно присоединяться все государства, владеющие ядерным оружием, включая ядерные государства,
находящиеся вне рамок ДНЯО.
Важным этапом в процессе ядерного разоружения должно стать скорейшее введение в силу ДВЗЯИ. Россия приветствует изменившуюся позицию США по отношению к этому договору и напористо призывает все государства, и в первую очередь те, от которых зависит введение этого Договора в силу, подписать и ратифицировать его без промедления. Соблюдение добровольного моратория на ядерные испытания, при каждой значимости данной меры, не может заменить юридических обязательств в этой области. Главным шагом на пути укрепления режима нераспространения ядерного оружия должен стать скорейший запуск на Конференции по разоружению переговоров по разработке Договора о запрещении производства расщепляющегося материала для целей ядерного оружия (ДЗПРМ). Сидорова Е. А. Интернационально-правовой режим нераспространения ядерного оружия и правовые задачи его укрепления. Дисс. к.ю. н. -М., 2010.
На первом плане остаются задачи по недопущению попадания ядерных материалов и соответствующих спецтехнологий в руки негосударственных субъектов, раньше каждого террористов. Нужно наращивать многостороннее сотрудничество в этом вопросе опираясь на резолюцию СБ ООН 1540 от 28 апреля 2004 г.
Ввиду того, что в мире быстро вырастает надобность в энергии, удовлетворить которую горазд миролюбивый атом, Россия предполагает, что движение в сторону «глобального нуля» нереально без построения нынешней устойчивой к распространению архитектуры интернационального сотрудничества в миролюбивой ядерной сфере, опирающейся на суровые инструменты проверки нераспространенческих обязательств по ДНЯО 1968 г., а также многосторонние подходы к ядерному топливному циклу. РФ считает главной задачей достигать возрастания результативности системы гарантий МАГАТЭ и универсализации Добавочного протокола о гарантиях, которые обязаны стать непременными нормами проверки соблюдения принятых обязательств по ДНЯО и общим эталоном в области ядерного экспортного контроля. Сегодня полным ходом претворяются в жизнь русские * инициативы о становлении всеобщей инфраструктуры ядерной энергетики и создании интернациональных центров по предоставлению служб ядерного топливного цикла. Серьезным шагом вперед стало одобрение Советом руководящих МАГАТЭ русского предложения по созданию под эгидой МАГАТЭ гарантийного резерва низкообогащенного урана.
29 марта 2010 г. на сессии Комиссии ООН по разоружению выступил непрерывный поверенный РФ при ООН В.И. Чуркин, тот, что подробно высказал официальную позицию России в отношении ядерного разоружения и нераспространения, а 4 мая 2010 г. на следующий Обзорной конференции по рассмотрению действия ДНЯО, выступил зам Министра иностранных дел РФ С.А. Рябков, детально осветивший проделанную Россией работу в границах ДНЯО. В частности, было подмечено, что РФ ведет последовательную работу по сокращению своего ядерного арсенала. Всецело реализованы обязательства по таким разоруженческим соглашениям, как Договор 1987 г. о ликвидации ракет средней и меньшей дальности и Договор 1991 г. о сокращении тактических наступательных вооружений. РФ считает нужным систематически двигаться вперед по пути реального ядерного разоружения, как этого требует ст. VI ДНЯО. Осмысливая специальную ответственность как ядерной державы и непрерывного члена СБ ООН, Россия в духе добродушной свободы продолжает большие, необратимые и проверяемые сокращения тактических наступательных вооружений. Одним из значимых шагов на этом пути стало подписание 8 апреля 2010 г. Договора между РФ и США о мерах по последующему сокращению и ограничению стратегических
наступательных вооружении.
Положениями нового Договора предусматривается, что вся из сторон уменьшает и ограничивает свои СНВ таким образом, дабы через семь лет позже его введения в силу и в будущем их суммарные числа не превышали: 700 единиц для развернутых МБР, БРПЛ и ТБ; 1550 единиц для боезарядов на развернутых МБР, БРПЛ и ТБ; 800 единиц для развернутых и неразвернутых пусковых установок (ПУ) МБР и БРПЛ, а также ТБ (ст. I и II Договора). Данный ярус закрепляет в юридическом поле Договора развернутые и неразвернутые ПУ, а также ТБ, что разрешает ограничить «возвратный потенциал» сторон (вероятность резкого наращивания числа развернутых боезарядов в кризисной обстановки) и создает добавочный толчок для ликвидации либо переоборудования уменьшаемых средств СНВ. При этом в Договоре предусматривается, что всякая из сторон имеет право независимо определять состав и конструкцию своих СНВ.
Таким образом, РФ в следующий раз наглядно продемонстрировала свое тяготение к масштабным сокращениям СНВ. Сейчас нужно обеспечить скорейшую ратификацию Договора и введение его в силу, а также гарантировать последовательное и неуклонное выполнение всех без исключения заложенных в Договоре обязательств. Парамузова, О.Г. Ядерная безопасность в условиях современного интернационального правопорядка / О.Г. Парамузова. - СПб.: Изд-во С.- Петерб. ун-та, 2006. - 388 с.
По суждению экспертов в области ядерного разоружения и нераспространения ядерного оружия, как только Договор СНВ-3 вступит в силу, последующим предметом переговоров сторон обязаны стать нестратегическое ядерное оружие (НЯО) и противоракетная оборона (ПРО). Представляется, что в отрыве от них последующее движение по пути сокращений СНВ будет весьма затруднительно.
Для НЯО отсутствует какой-нибудь интернационально-правовой механизм, требующий их контроля и сокращения. Осуществляемые в начале 1990-х гг. сокращения НЯО проводились СССР/РФ и США на добровольных началах в одностороннем порядке. Официальных данных о числе нестратегических ядерных боезарядов нет. По оценкам неправительственных специалистов в текущее время США имеют около 1300 ядерных боезарядов этого класса, а Россия около 3000. Угроза последующего сохранения НЯО объясняется тем, что, во-первых, резервы НЯО будут вносить некоторый дестабилизирующий фактор в российско-заокеанские отношения и тормозить всякие кардинальные метаморфозы в сфере разоружения; во-вторых, резервы НЯО будут затруднять вовлечение других ядерных государств в процесс контролируемого сокращения ядерного оружия; и, в-третьих, неимение контроля над НЯО будет источником сомнений у неядерных стран в приверженности США и России своим обязательствам по ДНЯО. Сидорова Е. А. Интернационально-правовой режим нераспространения ядерного оружия и правовые загвоздки его укрепления. Дисс. к.ю. н. -М., 2010.
Однако установление контроля над НЯО нереально без полного итога его с территории Европы ввиду того, что развернутое НЯО в Европе рассматривается русскими военными как тактическое, от того что оно находится в довольной близости от границ РФ. Следственно Россия будет тяготиться увязать свою подготовленность рассматривать вопросы НЯО с согласием стран НАТО и ЕС принять к рассмотрению русское предложение по разработке Договора о европейской безопасности. Помимо того, существуют технические трудности установления контроля, которые обусловлены тем, что он должен быть установлен непринужденно над ядерными боеприпасами, а не средствами доставки.
Осуществление дальнейших шагов по сокращению ядерных вооружений неминуемо приведет и к вопросу по ПРО. Односторонние действия США по созданию системы ПРО вызывают опасения России в отношении ее могущества на выживаемость русских тактических сил. При подписании Договора СНВ-3 Россия выступила с Заявлением касательно противоракетной обороны, в котором было подмечено, что новейший Договор может быть действенным и жизнеспособным только в условиях отсутствия добротного и значительного количественного наращивания вероятностей систем противоракетной обороны США, которые могут, в финальном счете, привести к происхождению опасности для русских тактических сил. Дело в том, что замена США принятых предыдущей администрацией планов по развертыванию элементов ПРО в Чехии и Польши сняли остроту вопроса каждого лишь на время, потому что новейший четырехэтажный адаптированный план построения ПРО США в Европе предусматривает развертывание к 2020 г. системы, способной перехватывать и МБР. Следственно сегодня имеет толк воспользоваться текущей положительной обстановкой для возобновления усилий по укреплению мер доверия и становлению сотрудничества в области ПРО. Первым шагом в этом направлении, по словам РФ, могли бы стать работы по совместной оценке вероятностей «третьих» стран в области создания баллистических ракет с тем, дабы выработать всеобщую точку зрения на возникающие опасности. Этому, в частности, содействовало бы открытие Центра обмена данными систем раннего предупреждения (ЦОД). 4 июня 2000 г. РФ и США подписали соответствующий меморандум, касающийся создания совместного ЦОД, тот, что должен был начать делать с момента подписания до 2010 г., но работа по созданию ЦОД столкнулась с организационными загвоздками, и в итоге ЦОД так и не начал трудиться невзирая на всю значимость для сотрудничества и образования взаимоотношений России и США.
Взаимодействие России и США по поиску комплексных решений обозначенных выше задач дозволит сотворить настоящие данные для последующего этапа сокращения ядерных вооружений.
Серьезные озабоченности мирового сообщества в связи с существующими вызовами, связанными с нераспространением ядерного оружия и необходимостью интернациональных действий по их предотвращению, обнаружили отражение в резолюции СБ ООН 1887, принятой единодушно 24 сентября 2009 г. Резолюция содержит два основных итога: во-первых, современные вызовы в сфере распространения ядерного оружия могут и обязаны решаться на основе ДНЯО, тот, что прошел проверку временем и утвердился в качестве исключительной многофункциональной основы для взаимодействия в этой эмоциональной сфере; во-вторых, солидную тревогу вызывает угроза попадания ядерных материалов в руки террористов, а значит необходимо укреплять интернациональную «страховочную сетку», разрешающую на дальних подступах купировать сходственные риски.
12-13 апреля 2010 г. в г. Вашингтоне (США) состоялся саммит по ядерной безопасности, в котором приняли участие представители 47 стран, включая Россию. Цель встречи - обсуждение путей возрастания физической ядерной охраны и предотвращения угрозы ядерного терроризма. На саммите стало знаменито, что от существенных резервов высокообогащенного урана отказалась Канада. От всех резервов урана отказались Чили и Мексика. Такое же намерение высказал Президент Украины В. Янукович, заявивший, что все резервы высокообогащенного урана будут вывезены в РФ до 2012 г. Президент РФ Д. Медведев объявил о закрытии реактора-наработчика оружейного плутония в г. Железногорске.
В ходе саммита госсекретарь США X. Клинтон и глава МИД России С. Лавров подписали Протокол к двустороннему межправительственному соглашению 2000 г. об утилизации плутония, заявленного как плутоний, не являющийся больше нужным для целей обороны, обращении с ним и сотрудничестве в этой области. Данное соглашение было подписано председателем Правительства РФ и Вице-президентом США 29 августа и 1 сентября 2000 г. В соответствии со ст. XIII Соглашения, оно должно было использоваться временно с даты его подписания и вступить в силу с даты приобретения последнего письменного уведомления о выполнении сторонами своих внутригосударственных процедур, нужных для его введения в силу. К сожалению, соглашение так и не было реализовано по некоторым техническим причинам. Подписанный X. Клинтон и С. Лавровым протокол должен устранить эти технические помехи, в итоге чего станет допустимым фактическая реализация соглашения. Само соглашение является конкретизацией совместного Заявления Президента РФ и Президента США о тезисах обращения и утилизации плутония, заявленного как плутоний, не являющийся больше нужным для целей обороны от 2 сентября 1998 г.
В соответствии с согласованными в Заявлении тезисами утилизации такого плутония, Соглашение предусматривает его утилизацию в качестве ядерного топлива существующих ядерных реакторов, реакторов, которые могут возникнуть в грядущем, а также посредством иммобилизации с высокорадиоактивными отходами либо всякими другими взаимосогласованными методами (ст. III Соглашения). Соглашение не предусматривает каких-нибудь ограничений на тип смешанного уран- плутониевого топлива. В соответствии со ст. II Соглашения всякая из сторон должна утилизировать не менее 34 метрических тонн утилизируемого плутония. Реализация этого Соглашения также наглядно продемонстрирует приверженность РФ и США последующему становлению процесса ядерного разоружения, от того что помимо фактического ограничения и сокращения ядерных тактических наступательных вооружений, нужно что-то делать и в отношении плутония, тот, что высвобождается в итоге этого процесса, что является значимым взносом в осуществлении ст. VI ДНЯО.
Завершился Вашингтонский саммит подписанием совместной декларации, в которой оговорены последующие действия по разоружению. Дальнейший саммит обозначен на 2012 г, тот, что пройдет в Южной Корее.
Иран не был приглашен на саммит по ядерной безопасности в Вашингтон и в качестве альтернативы 17-18 апреля 2010 г. Тегеран провел у себя конференцию по ядерному разоружению и нераспространению, проходившую под лозунгом -- «Ядерная энергия каждому, ядерное оружие -- никому». В конференции приняли участие представители из больше чем 50 стран, включая РФ, которые высказали свои национальные подходы и приоритеты в области нераспространения оружия массового разрушения и ядерного разоружения. Помимо того, с докладами выступили представители экспертного сообщества и профильных неправительственных организаций.
По выводам конференции был принят документ, в котором высказаны основные расположения прошедших обсуждений. Было, в частности, сказано о необходимости ядерного разоружения в качестве основного приоритета человеческого социума, а также полного истребления этого бесчеловечного оружия в течение определенного интервала времени; реализации обязательств по разоружению, взятых на себя ядерными государствами на основе ДНЯО и заключительных документов конференций по рассмотрению ДНЯО 1995 и 2000 гг., полного осуществления программы «13 шагов по разоружению»; завершения общей Конвенции и соблюдения недискриминационного и правового подхода к задаче полного запрета на распространение, производство, передачу, накапливание, применение либо угрозу применения ядерного оружия для достижения мира, свободного от ядерного оружия, с учетом навыка завершения 2-х конвенций: Конвенции о запрещении разработки, производства и накопления резервов бактериологического (биологического) и токсинного оружия и об их истреблении 1972 г. и Конвенции о запрещении разработки, производства, накопления и использования химического оружия и о его истреблении 1993 г., а также предоставления гарантий безопасности неядерным странам до достижения общего разоружения; осуществления дальнейших программ по созданию районов свободных от ядерного оружия в разных регионах мира, исключительно на Ближнем Востоке; соблюдения тезисов неизменности, открытости и правдивости при осуществлении интернационального контроля за реализацией двухсторонних и многосторонних соглашений по сокращению ядерного оружия.
В документе также подчеркнуто право государств на миролюбивое применение ядерной энергии и надобность становления интернационального сотрудничества в данной сфере на основе обязательств, сформулированных в ст. IV ДНЯО; выражена серьезная обеспокоенность касательно ослабления режима нераспространения ядерного оружия по причине использования двойных и дискриминационных эталонов со стороны некоторых ядерных держав и, исключительно, сотрудничества этих ядерных стран с государствами, не являющимися сторонами ДНЯО и пренебрежение ими факта наличия у них ядерного арсенала.
Принимая во внимание значимость данной Конференции и достигнутых на ней итогов, Иран предложил направить итоговый документ форума Генеральному секретарю ООН, а также иным интернациональным органам и организациям. С учетом внимания, проявленного участниками Конференции к обсуждавшейся на ней теме, а также с целью мониторинга реализации задач, поставленных Конференцией, в соответствии с пожеланиями большинства ее участников, было решено провести второе заседание Конференции по разоружению и интернациональной безопасности во 2-й половине апреля 2011 г. в Тегеране.
Таким образом, на основании вышеперечисленных инициатив и реальных шагов, осуществляемых ядерными странами дозволено предположить, что построение безъядерного мира -- не утопия. Движение к нему допустимо при условии принятия действенных, систематических, последовательных правовых мер в области разоружения и нераспространения ядерного оружия. Если мировое сообщество не будет сообща тяготиться к миру без оружия, то тогда он навечно и останется вне досягаемости. Парамузова О.Г. Ядерная безопасность в условиях современного интернационального правопорядка / О.Г. Парамузова. - СПб.: Изд-во С.- Петерб. ун-та, 2006.
Согласно трактовке Объединенных Штатов, договор о сокращении тактических наступательных вооружений сокращает число развернутых боеголовок, которые установлены на ракетоносителях и готовы к запуску. Всеобщий арсенал ядерного вооружения России и США содержит и другие названия оружия. В дополнение к развернутому тактическому ядерному оружию обе страны применяют стратегическое ядерной оружие, которое предуготовлено для использования в наземных военных операциях, владеет меньшей мощностью и имеет меньшую дальность действия.
В реальное время всеобщий резерв ядерного оружия США составляет около 11000 боеголовок, включая примерно 7000 развернутых тактических боеголовок; больше 1000 единиц стратегического ядерного оружия и примерно 3000 единиц тактических и стратегических боеголовок, которые не установлены на системы доставки. (США также владеют тысячами единиц компонентов ядерных боеголовок, которые могут быть смонтированы в полновесное оружие).
На подлинный момент русский ядерный арсенал включает около 5000 единиц развернутого ядерного оружия, около 3500 единиц операционного стратегического ядерного оружия и больше 11000 тактических и стратегических боеголовок в резерве. Все это составляет всеобщий резерв из 19500 единиц ядерных боеголовок. В различие от Объединенных Штатов, Россия владеет этими резервами отчасти, потому что демонтирование боеголовок является дюже дорогим. Также в различие от США Россия продолжает изготавливать ограниченное число новых ядерных боеголовок, в основном, так как ее боеголовки имеют гораздо меньший срок эксплуатации и обязаны быть заменены с большей частотой.

Договоры о контроле над тактическим ядерным оружием

ОСВ-1
Начавшись в ноябре 1969 года, переговоры об ограничении тактического наступательного вооружения привели в 1972 г. к договору об ограничении систем противоракетной обороны (ПРО), тот, что воспрещает создание противоракетной обороны территории страны. Также было заключено Временное соглашение, по которому стороны обязуются не начинать строительство дополнительных неподвижных пусковых установок межконтинентальных баллистических ракет (МБР) наземного базирования. Стороны также обязуются ограничить пусковые установки баллистических ракет подводных лодок (БР ПЛ) и число современных подводных лодок с баллистическими ракетами числом находящихся в боевом составе и в стадии строительства на дату подписания соглашения. Это соглашение не затрагивает тему тактических бомбардировщиков и боеголовок и дозволяет обеим странам независимо принимать решения касательно увеличения числа применяемого оружия путем добавления боеголовок в МБР и в баллистические ракеты на подводных лодках. По данному договору Объединенные Штаты не могут иметь больше 1054 шахтных пусковых установок МБР и 656 пусковых установок баллистических ракет с подводной лодки. Ссср был лимитирован числом 1607 МБР шахтных и 740 пусковых установок с подводных лодок.
ОСВ-2
В ноябре 1972 года Вашингтон и Москва договорились о завершении договора, являющегося продолжением ОСВ 1. Договор ОСВ-2, подписанный в июне 1979 года, изначально ограничивал число советских и заокеанских пусковых установок МБР, БП ПЛ, и тяжелых бомбардировщиков до 2400.
Также были обозначены разные ограничения на развернутые тактические ядерные силы. (В 1981 году договор предлагал сократить число ракетоносителей до 2250). Данные этого договора затребовали от Советского Союза сократить число ракетоносителей на 270 единиц. В то же время число военных мощностей США было ниже установленной нормы и могло быть увеличено.
Президент Джимми Картер отозвал Договор из Сената, где он находился на стадии ратификации позже того, как советские войска вошли в Афганистан в декабре 1979 года. Данный Договор так и не вступил в силу. Тем не менее, от того что стороны не заявили о намерении отказаться от ратификации Договора, Вашингтон и Москва продолжали в совокупности соблюдать его расположения. Впрочем 2 мая 1986 г. президент Рональд Рейган сказал, что грядущие решения о тактическом ядерном вооружении будут приниматься на основании возникающей опасности, а не на условиях договора ОСВ.
СНВ-1
Договор о сокращении тактического оружия был впервой предложен в начале 1980-х Президентом Рейганом и окончательно подписан в июле 1991 года. Основными расположениями Договора СНВ-1 являются сокращение числа тактических носителей до яруса 1600 единиц и числа боезарядов, помещенных на этих носителях, до 6000 единиц. Договор обязывал истребить остальные носители. Их разрушение было подтверждено с поддержкой инспектирования объектов и регулярного обмена информацией, а также с применением технических средств (скажем, спутников). Ввод договора в действие был отложен на несколько лет по причине распада Советского Союза и усилий по сосредоточению ядерного оружия Белоруссии, Украины и Казахстана на территории России. Сокращение вооружения по условиям договора СНВ-1 были проведены в 2001 году. Данный договор действителен до 2009 года, если стороны не продлят срок его действия.
СНВ-2
В июле 1992 года президенты Джорж Буш - старший и Борис Ельцин договорились о внесении изменений в договор СНВ-1. Договор СНВ-2, подписанный в январе 1993 года, обязывал стороны сократить тактические арсеналы до яруса 3000-3500 единиц боеголовок и запретил применение наземных ракет с несколькими боеголовками. СНВ 2 работал с боеголовками по тому же тезису, что и СНВ-1, а также как и предшествующий договор требовал истребления ракетоносителей, но не боеголовок. Изначально январь 2003 был назначен датой исполнения договора. В 1997 году дата была перенесена на декабрь 2007 года, так как Россия была не уверена в своих вероятностях уложиться в изначальных срок. Договор так и не вступил в силу, от того что Россия увязала его ратификацию с одобрением нью-йоркских протоколов к договорам СНВ-2 и ПРО, подписанными в 1997г. В 2001 г. администрация Буша взяла крепкий курс на развертывание масштабной системы противоракетной обороны территории США и отказ от Договора ПРО.
Структура договора СНВ-3
В марте 1997 года президенты Клинтон и Ельцин договорились о структуре договора СНВ-3 для последующих переговоров, данные которого включали сокращение тактических боеголовок до яруса 2000-2500 единиц. Значительным моментом является то, что в этом договоре оговаривалось истребление тактических ядерных боеголовок для обеспечения необратимости процесса сокращения вооружения, включая предпосылки для предотвращения резкого увеличения числа боеголовок. Переговоры обязаны были начаться позже того, как СНВ-2 вступит в силу, что так и не случилось.
Московский договор о сокращении тактических наступательных вооружений (SORT).
24 мая 2002 года Президенты Джорж Буш-младший и Владимир Путин подписали договор, по которому Объединенные Штаты и Россия обязаны сократить свои тактические арсеналы до 1700 - 2200 боеголовок. Правда стороны не договорились о правилах подсчета боеголовок, администрация Буша дала осознать, что США произведут сокращение только боеголовок, задействованных на ракетоносителях, и не будет считать боеголовки, списанные с энергичной службы и отправленные на хранение как сокращенные. Россия не согласилась с таким подходом к трактовке договора и верит на переговоры о правилах подсчета сокращенных боеголовок. Ограничения по договору такие же, как по СНВ-3, но SORT не требует разрушения ракетоносителей в различие от СНВ-1 и СНВ-2, либо разрушения боеголовок, как предписано в СНВ-3. Данный договор еще должен быть одобрен Сенатом и Думой.

Договоры о контроле над тактическим оружием.
             
Количество используемых боеголовок Ограничивает число ракет, а не боеголовок Ограничивает число ракет и бомбардировщиков, не ограничивает боеголовки        
Количество используемых ракетоносителей США: 1, 710 МБР и баллистических ракет на подводных лодках;
СССР: 2, 347 МБР и баллистических ракет на подводных лодках;
    Не оговаривает Не оговаривает Не оговаривает
  Срок действия истек Не вступил в силу   Не вступил в силу Не рассматривался Подписан, ждет ратификации.
Дата подписания         Не относится  
Дата введения в силу   Не относится   Не относится Не относится  
Срок исполнения Не относится          
Срок окончания действия         Не относится  

Меры по контролю над нестратегическим ядерным оружием
Договор по ядерным силам средней дальности (Intermediate-Range Nuclear Forces (INF) Treaty)
Подписанный 8 декабря 1987 года, данный Договор требует от США и России подотчетного истребления всех наземных баллистических и крылатых ракет с радиусом действия от 500 до 5500 километров. Характерный своим беспрецедентным режимом проверок, Договор по ядерным силам средней дальности лег в основу компонента проверок последовавшего договора СНВ-1 по сокращению тактических ядерных вооружений. Договор по ядерным силам средней дальности вступил в силу 1 июня 1988 года, и обе стороны закончили сокращения к 1 июня 1992 года, когда в всеобщей трудности оставалось 2692 ракеты. Договор стал многосторонним позже распада Советского Союза, и на сегодняшний день участниками Договора являются США, Россия, Беларусь, Казахстан и Украина. Туркменистан и Узбекистан также являются сторонами соглашениями, но не принимают участия в заседаниях по Договору и инспекциях на объектах. Действие запрета на ракеты средней дальности носит неограниченный нрав.
Президентские инициативы по ядерной безопасности
27 сентября 1991 года Президент Буш объявил о намерении США о сворачивании примерно каждого стратегического ядерного вооружения США, дабы Россия поступила таким же образом, тем самым уменьшая риск ядерного распространения при распаде Советского Союза. Буш в частности заявил, что США уничтожат все артиллерийские снаряды и ядерные баллистические боеголовки ракет ближнего действия и снимут все нестратегические ядерные боеголовки с поверхности кораблей, подводных лодок и основывающихся на земле военно-морских самолетов. Советский глава Михаил Горбачев отплатил тем же 5 октября, пообещав истребить все ядерное артиллерийское снаряжение, ядерные боеголовки для стратегических ракет и все ядерные фугасы. Он также пообещал свернуть все советское стратегическое военно-морское ядерное вооружение. Впрочем остаются важные вопросы о выполнении этих обещаний с русской стороны, и существует огромная неясность касательно нынешнего состояния русских стратегических ядерных сил.

Категория: 

Оценить: 

Голосов пока нет

Добавить комментарий

  _       _   _   ____   __     __   ____   ____  
| | | | | | | _ \ \ \ / / / ___| / ___|
| | | | | | | |_) | \ \ / / | | \___ \
| |___ | |_| | | _ < \ V / | |___ ___) |
|_____| \___/ |_| \_\ \_/ \____| |____/
Enter the code depicted in ASCII art style.

Похожие публикации по теме