Очерки истории российской внешней разведки том 2. История российской внешней разведки

Очерки истории российской внешней разведки том 2. История российской внешней разведки

Очерки истории российской внешней разведки. Том 2 Примаков Евгений Максимович

28. Будни нелегалов

В 20-е годы, когда в Европе оказалось много перемещенных лиц, паспортный режим во многих странах был не слишком строгим. Туда иногда пропускали людей и без всяких документов. Советские разведчики-нелегалы пользовались этим и в некоторых случаях действовали под видом беженцев.

Но в начале 30-х годов документальный режим стал ужесточаться. Для поездки за границу требовался паспорт, а в некоторые страны - и въездная виза. Успех выполнения задания во многом зависел от того, каким документом снабжен нелегал. Для краткосрочных заданий годился и фиктивный паспорт, выполненный на хорошем техническом уровне. Но для длительного нахождения в стране был необходим настоящий документ, который был бы выдан официальным путем и содержал бы все необходимые отметки.

При этом принимался во внимание и такой фактор, как гражданство владельца паспорта. Для успешной зарубежной работы требовался не просто настоящий паспорт, а паспорт страны, к гражданам которой в стране пребывания сложилось лояльное отношение, или местный документ, который вообще снимал все вопросы, связанные с формальностями, введенными для иностранцев.

Здесь необходимо сказать несколько слов о том, какая нужда заставляла советскую разведку прибегать к нелегальным формам работы, сопряженным со многими серьезными трудностями и, в частности, с большими усилиями по документированию разведчиков.

Связано это было с тем, что в 20-е - начале 30-х годов у Советской России все еще не были установлены дипломатические отношения с рядом стран, а необходимость получения секретной информации становилась все более острой. Тогда и встал вопрос об организации разведывательной работы с нелегальных позиций.

Прибегать к использованию нелегальных форм приходилось и в ряде стран, где уже действовали «легальные» резидентуры, но сложная оперативная обстановка препятствовала их эффективной работе.

Однако в процессе проработки вопроса выяснилось, что отец Николая известен в Латвии как революционер, выехавший в Россию, и при оформлении паспорта могут возникнуть осложнения. Получить немецкий паспорт вообще не представлялось возможным, поскольку для этого не имелось даже малейших оснований. Использование фиктивного документа было исключено, потому что задача,

Разведывательная работа с нелегальных позиций в эти годы велась не только в Европе, но и в Китае, США, Турции, Иране и некоторых других странах.

Разведка осторожно подходила к выбору национальной принадлежности, общественного статуса разведчиков-нелегалов, и особенно документов, удостоверявших их личность. Все эти факторы, как правило, строго согласовывались с задачами, которые должен был решать разведчик. В практике, однако, встречались случаи, когда разведчику давалось задание вести работу по добыванию политической информации, а направляли его в какую-либо страну Запада под видом белогвардейского офицера, бежавшего из России. В результате разведчик попадал в воинскую часть, где дисциплинарный режим лишал мобильности, приковывал к одному месту и не давал возможности вести полноценную работу по заданной проблематике. Пользы от такого работника было очень мало.

Бывало и так, что разведчик прибывал в ту или иную страну с паспортом государства, к гражданам которого там относились с недоверием. В результате у него возникали проблемы с трудоустройством и, как следствие, осложнения в разведывательной деятельности. Поэтому в процессе подготовки разведчика-нелегала стремились прежде всего к тому, чтобы документы отвечали требованиям, необходимым для успешной работы в конкретной стране и по намеченной проблематике.

Подготовка и вывод разведчика-нелегала за границу требовали и от самого исполнителя, и от Центра серьезных и больших творческих усилий.

Как осуществлялся этот процесс и какие трудности встречались на этом пути, хорошо видно на примере сотрудника нелегального аппарата Николая.

Для работы по научно-технической проблематике в Германии требовался либо немец по национальности, либо иностранец дружественной ей страны, имевший возможность открыть свое дело или овладевший такой специальностью, которая позволила бы ему устроиться на престижную работу. Выбор пал на Николая. Отец у него был поляк, мать - латышка. Он хорошо владел латышским и немецким языками, мог выступать в качестве как латыша, так и немца. Было решено получить для него латвийский паспорт - Латвия тогда считалась дружественной Германии страной. По матери он имел право на получение такого документа.

Однако в процессе проработки вопроса выяснилось, что отец Николая известен в Латвии как революционер, выехавший в Россию, и при оформлении паспорта могут возникнуть осложнения. Получить немецкий паспорт вообще не представлялось возможным поскольку для этого не имелось даже малейших оснований. Использование фиктивного документа было исключено, потому что задача, которая стояла перед Николаем, требовала прочного оседания в стране, не вызывавшего ни малейших сомнений у немецких властей. Для таких целей требовался настоящий паспорт, проведенный по всем учетам и регистрациям.

Дальнейшая работа над этим вариантом привела к мысли использовать для получения латышского паспорта дядю Николая по матери, который жил в Риге и являлся крупным предпринимателем. У него был сын от первого брака, примерно того же возраста, что и Николай, но брак оказался неудачным, и после развода жена уехала с ребенком за границу, след их затерялся, и было только известно, что мальчик вскоре после отъезда умер.

Николай написал дяде письмо и попросил встречи с ним в одной из соседних стран. Встреча состоялась.

Дядя без колебаний согласился помочь племяннику получить паспорт. В процессе обсуждения Николай высказал мысль о том, что из-за отца могут возникнуть осложнения и вся затея окажется бесполезной. Осторожно намекнул дяде на возможность использовать документ умершего сына. Тот с готовностью ухватился за этот вариант, поскольку был готов даже купить для племянника латышский паспорт. В данном же случае, считал он, документ можно получить на законных основаниях.

Забрав фотографии и прошение, дядя выехал в Ригу, а через два месяца сообщил, что паспорт получен. Снова договорились о встрече в соседней стране, где племянник из рук дяди получил паспорт и рекомендательные письма в Германию к своим друзьям. Сложнейший вопрос, над которым долго ломали голову сотрудники в Центре, был решен.

На законном основании Николаю удалось прибыть в Берлин, зарегистрироваться в латвийском посольстве и приступить к решению вопроса о трудоустройстве. Согласно плану он должен был открыть либо небольшой магазин, либо аптеку. Это давало возможность под видом поступающих для продажи товаров или медикаментов получать разведывательные материалы, включая чертежи, образцы, и переправлять их в Союз.

Изучив обстановку на месте, остановились на приобретении небольшого магазина по продаже медикаментов и товаров санитарии и гигиены, который мог бы служить пунктом пересылки добываемых материалов и одновременно легендировать перед окружающими источник средств существования его хозяина. Магазин был приобретен, и Николай приступил к практической разведывательной работе.

Все складывалось хорошо. Но вдруг, как нередко случается с разведчиками, возникли непредвиденные обстоятельства. Николая вызвали в посольство и вручили повестку: «Прибыть в Латвию для прохождения воинской службы». Это было абсолютно неприемлемо, вся проведенная работа шла насмарку. Нужно было искать какой-то выход из положения. Центр дал указание выехать в Ригу и с помощью дяди добиться отсрочки от службы. По приезде в Латвию Николай сразу занялся выяснением вопроса об отсрочке. Действовать пришлось осторожно - в Латвии он в свое время заканчивал гимназию, и немало людей его здесь знали.

Удалось установить, что максимум, на что он может рассчитывать, - это получение отсрочки на шесть месяцев. Такой вариант, конечно, не устраивал Николая. Дядя тем временем выяснил, что освободить племянника от службы в армии можно с помощью кого-либо из высших руководителей государства или армии под предлогом, скажем, учебы в Германии.

Дядя обратился к одному из своих хороших знакомых, бывшему министру. Тот пошел навстречу и посоветовал организовать ужин в фешенебельном ресторане, выразив готовность пригласить туда «нужных людей». Так и поступили. Ужин был заказан в одном из самых престижных рижских ресторанов и продолжался до утра. Денег на угощение не жалели. В конце ужина Николай пил на брудершафт со своими покровителями и получил обещание исполнить его просьбу. Буквально на следующий день он был освобожден от воинской службы и зачислен в резерв санитарного ведомства в звании лейтенанта. За оказанную услугу и в соответствии с поставленным условием Николай внес в фонд «Памятника Свободы» 1000 лат. После этого спокойно выехал в Берлин.

В Берлине разведывательная работа продолжалась. Начали поступать техническая документация и образцы изделий, носившие закрытый характер. Документация фотографировалась, а образцы соответствующим образом упаковывались и по имевшимся каналам переправлялись в Москву. Дела шли хорошо, работой в Центре были довольны.

Но снова возникла опасность, откуда ее меньше всего ожидали. Невдалеке от его магазина располагалось отделение банка, и рядом с ним ночью время от времени появлялся полицейский патруль. Это было выгодно и Николаю, так как магазин, где иногда оставлялись на хранение добытые материалы и образцы, в ночное время находился под присмотром. Днем полиции в этом районе не было.

Однажды Николай задержался в своем магазине допоздна. Вдруг послышались револьверные выстрелы. Он выбежал на улицу и увидел, как от банка отъезжал «мерседес». В машину на ходу прыгнули молодые парни, за ними бежал полицейский, стреляя из револьвера. Сомнений не было - это ограбление банка. Не раздумывая, Николай прыгнул в свое старенькое авто, подъехал к полицейскому, и вместе они погнались за грабителями. В погоню затем включились другие полицейские, а Николай вернулся, запер магазин и направился домой. Утром он обнаружил, что все газеты полны сообщений об ограблении, описаний смелых действий полицейских и героического по-ступка Николая - «настоящего патриота». В газетах указывалась его фамилия, говорилось о том, что он является владельцем магазина, и давался его адрес. Когда он подошел к своему заведению, там уже крутились репортеры и ждала большая группа покупателей, которые хотели лично засвидетельствовать свое уважение храбрецу. Репортеры делали свое дело, фотографировали, расспрашивали хозяина о деталях происшествия, брали интервью и т. д.

Этот случай несколько дней не сходил со страниц газет. Описание поступка Николая, его фотографии занимали на них видное место. Буквально в одночасье скромный коммерсант превратился чуть ли не в национального немецкого героя. В магазин повалили покупатели, многие ехали из других районов, чтобы пожать руку «патриоту» и купить товар в его заведении.

Даже начальник отделения полиции лично посетил магазин и предложил Николаю получить револьвер. Оружие, заметил он, выдается только наиболее благонадежным гражданам города. Разведчик поблагодарил и отказался от оружия. Полицейский начальник информировал его также, что в знак благодарности полиция будет вести наблюдение за магазином и таким образом охранять его от возможных грабителей. «Радуйтесь, - похлопал он по плечу Николая, - теперь мы вас в беде не оставим».

Но Николай уже в первый день понял, что радоваться нечему. Созданная с таким трудом база прикрытия рушилась. Теперь использовать магазин для хранения и передачи разведывательных материалов было нельзя. Систематическое наблюдение за ситуацией вокруг магазина могло навести профессионалов на мысль, что образ жизни ее хозяина не совсем обычен, и это привело бы к провалу.

После получения информации о происшествии Центр запретил использовать магазин как передаточный пункт, а Николаю было дано указание временно прекратить разведывательную работу. Возникло опасение, что негативную роль могут сыграть и фотографии нелегала, опубликованные в газетах. Однако тщательное изучение их показало, что из-за нечеткости снимков опознать его на них будет трудно.

В дальнейшем магазин пришлось все-таки закрыть, а Николая, по соображениям безопасности, перевести на работу в другую страну.

С начала 30-х годов в Германии быстрыми темпами развивалась военная промышленность, и соответствующие советские ведомства проявляли заинтересованность в получении данных о новейших достижениях немцев в области электротехники, радиопромышленности, приборостроении, авиации, химии и т. д.

Для работы по научно-техническому направлению в резидентуру Каминского в 1931 году прибыл разведчик-нелегал Лео Гельфот. В досье архива венской полиции содержались следующие данные: «Родился (Гельфот) на территории Буковины, до Первой мировой войны учился в Вене на медицинском факультете, затем был призван в армию.

В 1914 году попал в плен к русским, в России продолжил медицинское образование, по-видимому, симпатизирует компартии».

Все это соответствовало действительности. Из архива Службы внешней разведки к этому можно добавить: был женат на советской гражданке, работал в системе Минздрава, был заведующим поликлиникой. С этой должности приглашен на работу в ИНО ОГПУ и направлен на нелегальную работу в Германию.

Гельфот работал в нелегальной разведке с 1931 по 1938 год. В Берлине он устроился на работу ассистентом в клинику известного немецкого профессора. По специальности он был рентгенологом. Работа в клинике давала возможность знакомиться с материалами, связанными с военной медициной, собирать информацию о новых методах лечения раненых в полевых условиях. Однако основными источниками его информации были три агента из числа немцев, которые работали в военно-промышленных концернах и были переданы ему на связь.

Гельфоту удалось через них получить значительное количество материалов и образцов, связанных с военной авиацией, электротехникой, приборостроением и химией для военных целей.

В конце 1933 года в связи с осложнившейся вокруг резидентуры обстановкой Гельфот был переброшен в Париж, где ему поручалась работа по поддержанию связи с действующими источниками. Однако его иностранный паспорт не давал возможности находиться длительное время во Франции, и поэтому разведчик стал искать пути закрепления в другой европейской стране, создания там необходимой базы для продолжения работы со своими источниками.

С этой целью он выезжал в Скандинавские страны, однако осесть там на постоянное жительство ему не удалось. Иностранцы, имевшие временное разрешение на проживание, находились под контролем полиции, и это, естественно, накладывало свой отпечаток и на условия оперативной работы. Работать в таких условиях было чрезвычайно трудно.

После четырех лет пребывания в Европе, когда его положение с устройством на работу и получением вида на жительство становилось все более безнадежным, Гельфот направил в Центр просьбу разрешить ему возвратиться в Москву. В своем письме он, в частности, писал: «Я настолько издерган и изнервничался, что не могу работать. Нервы расшатаны до невозможности. Не пользовался отпуском четыре года».

Лео Гельфот вернулся в Союз, отдохнул, подлечился и снова был направлен за кордон. На этот раз его путь лежал в США. Задача осталась прежней - научно-техническая разведка.

В первую очередь ему рекомендовалось обратить внимание на получение данных, касающихся разрабатываемых в США защитных средств против боевых отравляющих веществ. В Германии в это время усиленно велись работы по созданию современного химического оружия и оснащению им армии. Это вызывало большое беспокойство советского руководства, и оно требовало от разведки не только сведений о видах и объемах производства боевых отравляющих веществ, но и данных о средствах защиты от них.

Гельфоту, в частности, поручалось изыскать возможности для получения следующих образцов и материалов:

Секретной пасты для лечения поражений от иприта-

Технологии синтеза искусственного гемоглобина-

Индивидуального противохимического пакета, применяемого в армии США-

Технической установки для обмывки в полевых условиях людей после поражения ипритом-

Средств-противоядий от боевых отравляющих веществ.

Прежде чем приступить к выполнению задания, ему пришлось

основательно поработать над созданием надежной базы, которая позволила затем на законных основаниях получить вид на жительство в США и право заниматься профессиональной деятельностью.

Уже первые результаты были обнадеживающими. Ему удалось добыть уникальный по тем временам образец портативного аппарата для переливания крови в боевых условиях. Аппарат был засекречен и представлял особую ценность для наших военных медиков. Однако успешно начатая работа в дальнейшем не получила развития. Лео заболел крупозным воспалением легких и «сгорел» буквально за несколько дней. Вместе с ним в командировке находилась его жена Мария Митрофановна, которая была его верной помощницей на протяжении всех восьми лет работы за рубежом. Кружным путем удалось вывезти ее в Союз. По ее просьбе в Москву была доставлена и урна с прахом мужа…

Из книгиТехника и вооружение 2004 03 автораЖурнал «Техника и вооружение»

Будни полигонаНиколай ЮрьевИспытании новых зенитных ракетных комплексов войск ПВО сухопутных войск (об особенностях испытаний ЗРК Куб рассказано в ТиВ № 1/2004 г.) предполагалось проводить на единственном в ведении ГРАУ - заказчика этих комплексов - зенитном

 

Из книгиКГБ. Последний аргумент автора

Трудовые будниЧерез некоторое время «АСТОР» - рабочий псевдоним Кранца, капитана Главного управления разведки, - предложил шефу завербовать Леонору, выдав себя за офицера советской разведки. Свою идею обосновал тем, что в глазах Леоноры великая держава была чем-то

 

Из книгиЯвка до востребования автораОкулов Василий Николаевич

 

Из книгиБудни элефантерии автораНефедкин Александр Константинович

Будни элефантерииТермин «элефантерия», недавно введенный в русский язык, обозначает боевых слонов как род войск. Это по существу калька с английского слова elephantry. Элефантерия зародилась в Древней Индии, где слонов стали использовать для военных целей примерно три

 

Из книгиЖизнь по «легенде» (с илл.) автораАнтонов Владимир Сергеевич

Глава 14. Король нелегаловИмя этого легендарного разведчика стало известно еще при его жизни. Гитлеровское гестапо тщетно разыскивало нелегала вплоть до окончательного разгрома нацистского рейха. В Австрии и Германии он был известен под именем Александра Эрдберга, за

 

Из книгиВсе для фронта? [Как на самом деле ковалась победа] автораЗефиров Михаил Вадимович

Будни ЖКХЧто касается жилищно-коммунального хозяйства, то на него денег всегда не хватает, а в войну положение еще больше усугубилось. Работники водопроводных станций и коллекторов относились ко 2-й категории рабочих, никакой брони им не давали, зарплата была небольшая.

 

Из книгиАфган: русские на войне автораБрейтвейт Родрик

Глава 8.Солдатские будниДаже во время кампании солдаты большинства армий мало времени проводят в боях. Они слоняются без дела, ругают своих офицеров и военную машину в целом, уклоняются от работы, тянут еду, ищут возможности напиться, непрерывно (но не в бою, конечно)

 

Из книгиДолгая прогулка автора Кастнер Брайан

IV. Суровые будниОтрепетированный «балет» начался, когда мы получили очередной вызов. Известно, что пожарники не патрулируют улицы города, чтобы вовремя заметить столб дыма на горизонте. Мы, саперы, в этом смысле от них мало отличаемся: не разъезжаем с утра до вечера по

 

Из книгиШелковый путь. Записки военного разведчика автораКарцев Александр Иванович

Будни спецназаНезаметно наступила весна. В горах появились первые подснежники. В Союзе отмечали Международный женский день. Борис Дмитриевич не обманул, и за неделю до праздника, первого марта, в «Полевой почте» радиостанции «Юность» прозвучали мои стихи. Я был уверен,

 

Из книгиФеномен Андропова: 30 лет из жизни Генерального секретаря ЦК КПСС. автораХлобустов Олег Максимович

Будни председателя КГБНо, помимо знакомства со своим сложным и многоплановым «хозяйством», председателю КГБ при СМ СССР, буквально с первых же часов пребывания в новой должности, пришлось непосредственно включаться в решение сложнейших и неотложных, мало знакомых ему

 

Из книгиФронтовые будни артиллериста [С гаубицей от Сожа до Эльбы. 1941–1945] автораСтопалов Сергей Григорьевич

Фронтовые будниВо время войны от солдат иногда можно было услышать старую поговорку: «Голод не тетка». Чаще всего связано это было с перебоями в питании, а иногда и его низким качеством. Вообще-то кормили нас удовлетворительно, и от голода никто не умирал. Но случаи, когда

 

Из книгиРихард Зорге. Кто он на самом деле? автораПрудникова Елена Анатольевна

Будни разведчиков…Первый куратор Зорге Алекс после 1937 года уже никому ничего рассказать не мог. А вот следующий его куратор, Борис Гудзь, благополучно дожил до 2002 года, в котором ему исполнилось сто лет. В разведку он пришел в 1923 году, начав работать в ИНО ОГПУ. С 1934 по 1936

 

Из книгиРазведчики и шпионы автораЗигуненко Станислав Николаевич

Мексиканские будниНашим резидентом в Мехико был тогда Лев Василевский – старый знакомый Китти. Это именно он вывез в 1940 году ее из Парижа в Бордо, а затем и отправил в Москву под видом жены советского дипломата. В немалой степени способствовал их сближению и тот факт, что

 

Из книгиЛицензия на вербовку автораАтаманенко Игорь Григорьевич

ТРУДОВЫЕ БУДНИЧерез некоторое время «Астор» - рабочий псевдоним Кранца, капитана Главного управления разведки, - предложил шефу завербовать Леонору, выдав себя за офицера советской разведки. Свою идею обосновал тем, что в глазах Леоноры великая держава была чем-то

 

Из книгиНахимов. Гений морских баталий автораЛубченков Юрий Николаевич

БУДНИ СЕВАСТОПОЛЯЗимой 1854–1855 гг. в осаде Севастополя наступило относительное затишье. И союзники и русские в Крыму были заняты, прежде всего, наращиванием своих сил, готовясь с приходом теплого времени возобновить решительную борьбу. И здесь все более и более начинало

 

Из книгиС удостоверением Правды (Из блокнота военкора) автора Полевой Борис

Военные будниОткрытый листПод Орел мы выезжали внезапно.Ночью мне позвонили из военного отдела и спросили, готова ли машина. Я сказал, что ее только что загрунтовали и не успели покрасить. Ответ был настоящий газетный: «У Орла «началось», немедленно выезжайте». И вот,

ИСТОРИЯ РОССИЙСКОЙ ВНЕШНЕЙ РАЗВЕДКИ

Очерки

В шести томах

Том II 1917–1933 годы

Главный редактор академик Е.М. ПРИМАКОВ

Зам. главного редактора В.А. КИРПИЧЕНКО

Ответственный секретарь В.А. САВЕЛЬЕВ

В.Б. БАРКОВСКИЙ (27), Л.М. ВАВИЛОВ (ЗО), С.М. ГОЛУБЕВ (9,10,12,13,19), И.А. ДАМАСКИН (8, И, 17,19),

Н.А. ЕРМАКОВ (2, 25, 26, 28), А.Н. ИЦКОВ (1, 3, 4, 5, 6,12,17,18), Э.К. КОЛБЕНЕВ (34), В.А. КУЗИКОВ (7,15, 31,32, 33),

В.С. МОТОВ (14), О.И. НАЖЕСТКИН (предисл., 20), В.И. САВЕЛЬЕВ (16, 29), Б.Д. ЮРИНОВ (20, 21, 22, 23, 24)

Литературный редактор Л.П. ЗАМОЙСКИЙ

Предисловие

Второй том «Истории российской внешней разведки» охватывает начальный период деятельности советской внешней разведки, возникшей после революции в России в октябре 1917 года.

Первая мировая война, крах монархии, неспособность Временного правительства держать ситуацию под контролем, переход власти в руки Советов привели к тому, что старые социально-политические структуры распались или были разрушены в результате революционного процесса. Расшатанный до предела, деморализованный государственный аппарат не был в состоянии выполнять свои функции. На его обломках быстро формировался другой, более пригодный для решения качественно иных задач.

Советская власть с первых же шагов своей деятельности вынуждена была отражать удары внешних и внутренних врагов, отстаивать независимость и территориальную целостность молодого государства, выводить его из изоляции. Для защиты национальных интересов наряду с другими государственными органами нужны были спецслужбы, в том числе внешняя разведка. И они создавались в процессе борьбы и преодоления неимоверных трудностей, с которыми сталкивалась страна.

Обстановка в ней была сложной, кризисной. Россия все еще находилась в состоянии войны с Германией, немецкая армия приступила к активным боевым действиям на Украине, в Белоруссии, на подступах к столице - Петрограду. Экономика была поражена хозяйственной разрухой. Внутри страны крепло белое движение.

России нужно было срочно выйти из войны, но выйти с минимумом потерь. Не случайно поэтому одним из первых декретов новой власти был Декрет о мире, в котором всем воюющим сторонам предлагалось немедленно начать переговоры о заключении справедливого, демократического мира.

Верховный главнокомандующий русской армией генерал Духонин наотрез отказался выполнить предписания новой власти о прекращении боевых действий и установлении в целях ведения переговоров о перемирии контактов с командованием неприятельских армий.

Страны Антанты проигнорировали предложения Советской России о мирных переговорах и начали готовить вооруженную интервенцию против нее, с тем чтобы, поддержав внутренние антиправительственные силы, свергнуть пришедший к власти в октябре 1917 года режим и заставить Россию выполнить свои союзнические обязательства - продолжить войну с Германией и ее союзниками. Уже 23 декабря 1917 г. Англия и Франция заключили соглашение об оказании помощи белогвардейскому движению и разделе «зон влияния» в России. В английскую зону входили территории казачьих областей, Кавказ, Армения, Грузия, Курдистан. Во французскую - Украина, Бессарабия, Крым.

Германия формально приняла предложение о переговорах, но совсем не для того, чтобы заключить справедливый мир. Она пыталась использовать сложившуюся в России кризисную ситуацию для удовлетворения своих территориальных притязаний, навязать выгодные для себя условия мира и перебросить высвободившиеся войска на Запад для борьбы со странами Антанты.

Отсутствие у советского правительства точной информации о положении внутри Германии и намерениях немецкого командования привело к подписанию невыгодного для России Брестского мира. Это был один из первых сигналов о необходимости немедленной организации разведывательной работы.

К осени 1918 года европейский юг советского государства, часть Белоруссии и вся Прибалтика оказались оккупированными Германией. Огромные регионы - Дальний Восток, значительная часть Сибири и Урала, север и юг страны, Средняя Азия и Закавказье, Поволжье - в течение ряда лет оказывались попеременно под властью интервентов либо связанных с ними «правительств» и «директорий».

Огромную опасность для молодой республики представляли тайные контрреволюционные организации, большая часть которых была связана с иностранными разведками, опиралась на их помощь и поддержку

Голод и разруха, расцвет бандитизма довершали дело. Порой врагам советской власти казалось, что ей остались считанные дни. И они не очень-то скрывали, что на очереди расчленение страны, жестокое подавление народных выступлений, ликвидация самостоятельности России, ее колонизация.

Кризисная обстановка требовала адекватных ответных мер. Уже 20 декабря 1917 г. для борьбы с контрреволюцией и саботажем была создана Всероссийская чрезвычайная комиссия - ВЧК. Ее возглавил профессиональный революционер Ф.Э. Дзержинский.

Автобиография Феликса Эдмундовича уместилась на 2,5 машинописных страницах:

«Родился в 1877 году Учился в г. Вильно.

В 1894 году, будучи в 7-м классе гимназии, вхожу в социал-демократический кружок саморазвития- в 1895 году вступаю в литовскую социал-демократию и учусь сам марксизму, веду кружки ремесленных и фабричных учеников. Там меня в 1895 году и окрестили Яцеком. Из гимназии выхожу добровольно в 1896 году, считая, что за верой должны следовать дела и надо быть ближе к массе и с ней самому учиться».

Так началась революционная деятельность будущего председателя ВЧК. Затем - аресты, тюрьмы, ссылки, побеги…

Далее в автобиографии он пишет: «Вскоре после моего приезда в Берлин, в августе месяце (1902 г.) была созвана наша партийная - социал-демократии Польши и Литвы - конференция. Поселяюсь в Кракове для работы по связи и содействию партии из-за кордона. С того времени меня называют Юзефом… В 1912 году переезжаю в Варшаву, 1 сентября меня арестовывают, судят за побег с поселения и присуждают к трем годам каторги. В 1914 году, после начала войны, вывозят в Орел, где и отбыл каторгу- пересылают в Москву, где судят в 1916 году за партийную работу периода 1910–1912 гг. и прибавляют еще шесть лет каторги. Освободила меня из Московского централа Февральская революция. До августа работаю в Москве, в августе Москва делегирует на партсъезд, который выбирает меня в ЦК. Остаюсь для работы в Петрограде.

УДК351.746.1(47+57)(091) ББК67.401.212

Главный редактор академик Е.М. ПРИМАКОВ Зам. главного редактора В.А. КИРПИЧЕНКО Ответственный секретарь В.А. САВЕЛЬЕВ

В.Б. БАРКОВСКИЙ (27),

Л.М. ВАВИЛОВ (30),С.М. ГОЛУБЕВ (9, 10, 12, 13, 19),И.А. ДАМАСКИН (8, 11, 17, 19),

Н.А. ЕРМАКОВ(2, 25, 26, 28), А.Н. ИЦКОВ(1, 3, 4, 5, 6, 12, 17, 18), Э.К. КОЛБЕНЕВ(34), В.А. КУЗИКОВ(7, 15, 31, 32, 33),

В.С. МОТОВ (14),О.И. НАЖЕСТКИН (предисл 20),

В.И. САВЕЛЬЕВ(16, 29), Б.Д. ЮРИНОВ(20, 21, 22, 23, 24)

Литературный редактор Л.П. ЗАМОЙСКИЙ

История российской внешней разведки: Очерки: В 6т. -Т. 11.

И90 1917-1933годы. -М.: Международные отношения, 2014. -

272с., ил.

ISBN 978-5-7133-1456-9 (Т.11)

ISBN 978-5-7133-1451-4

Во втором томе освещаются становление и укрепление советской внеш­

ней разведки (1917-1933годы) как части политической системы качественно

иного государства, которая, однако, сохранила приоритетные задачи и направ­

ления деятельности российской внешней разведки -охрану национальных

Для широкого круга читателей.

Предисловие

Второй том ~истории российской внешней разведки~- охватывает начальный период деятельности советской внешней разведки, возник­

шей после революции в России в октябре 1917года.

Первая мировая война, крах монархии, неспособность Временно­

го правительства держать ситуацию под контролем, переход власти

в руки Советов привели к тому, что старые социально-политические

структуры распались или были разрушены в результате революцион­

ного процесса. Расшатанный до предела, деморализованный государст­

венный аппарат не был в состоянии выполнять свои функции. На его

обломках быстро формировался другой, более пригодный для реше­

ния качественно иных задач.

Советская власть с первых же шагов своей деятельности вынуж­ дена была отражать удары внешних и внутренних врагов, отстаивать

независимость и территориальную целостность молодого государст­

ва, выводить его из изоляции. Для защиты национальных интересов

наряду с другими государственными органами нужны были спец­

службы, в том числе внешняя разведка. И они создавались в процессе борьбы и преодоления неимоверных трудностей, с которыми сталки­

валась страна.

Обстановка в ней была сложной, кризисной. Россия все еще нахо­

дилась в состоянии войны с Германией, немецкая армия приступила

к активным боевым действиям на Украине, в Белоруссии, на подсту­

пах к столице -Петрограду. Экономика была поражена хозяйствен­ ной разрухой. Внутри страны крепло белое движение.

России нужно было срочно выйти из войны, но выйти с миниму­

мом потерь. Не случайно поэтому одним из первых декретов новой

власти был Декрет о мире, в котором всем воюющим сторонам пред­

лагалось немедленно начать переговоры о заключении справедливо­

го, демократического мира.

Верховный главнокомандующий русской армией генерал Духонин

наотрез отказался выполнить предписания новой власти о прекраще-

нии боевых действий и установлении в целях ведения переговоров

о перемирии контактов с командованием неприятельских армий.

Страны Антанты проигнорировали предложения Советской Рос­

сии о мирных переговорах и начали готовить вооруженную интервен­

цию против нее, с тем чтобы, поддержав внутренние антиправитель­ ственные силы, свергнуть пришедший к власти в октябре1917года режим и заставить Россию выполнить свои союзнические обязатель­

бря 1917г. Англия и Франция заключили соглашение об оказании помощи белогвардейскому движению и разделе «зон влияния» в Рос­ сии. В английскую зону входили территории казачьих областей, Кав­

каз, Армения, Грузия, Курдистан. Во французскую -Украина, Бесса­

рабия, Крым1

Германия формально приняла предложение о переговорах, но

совсем не для того, чтобы заключить справедливый мир. Она пыта­

лась использовать сложившуюся в России кризисную ситуацию для удовлетворения своих территориальных притязаний, навязать вы­

годные для себя условия мира и перебросить высвободившиеся вой­ ска на Запад для борьбы со странами Антанты.

Отсутствие у советского правительства точной информации о по­

ложении внутри Германии и намерениях немецкого командования

привело к подписанию невыгодного для России Брестского мира.

Это был один из первых сигналов о необходимости немедленной ор­ ганизации разведывательной работы.

К осени 1918года европейский юг советского государства, часть

Белоруссии и вся Прибалтика оказались оккупированными Германи­ ей. Огромные регионы -Дальний Восток, значительная часть Сибири

и Урала, север и юг страны, Средняя Азия и Закавказье, Поволжье -

в течение ряда лет оказывались попеременно под властью интервен­

тов либо связанных с ними «правительств» и «директорий». Огромную опасность для молодой республики представляли тай­

ные контрреволюционные организации, большая часть которых была

связана с иностранными разведками, опиралась на их помощь и под­

Голод и разруха, расцвет бандитизма довершали дело. Порой вра­

гам советской власти казалось, что ей остались считанные дни. И они

не очень-то скрывали, что на очереди расчленение страны, жестокое

подавление народных выступлений, ликвидация самостоятельности

России, ее колонизация.

Кризисная обстановка требовала адекватных ответных мер. Уже

создана Всероссийская чрезвычайная комиссия -ВЧК. Ее возглавил

профессиональный революционер Ф.Э. Дзержинский. Автобиография Феликса Эдмундовича уместилась на2,5ма­

шинописных страницах: «Родился в 1877году. Учился в г. Вильно.

В 1894году, будучи в 7-м классе гимназии, вхожу в социал-демократи­

ческий кружок саморазвития- в 1895году вступаю в литовскую социал­

демократию и учусь сам марксизму, веду кружки ремесленных и фа­

бричных учеников. Там меня в 1895году и окрестили Яцеком. Из

гимназии выхожу добровольно в 1896году, считая, что за верой долж­

ны следовать дела и надо быть ближе к массе и с ней самому учиться».

Так началась революционная деятельность будущего председате­ ля ВЧК. Затем-аресты, тюрьмы, ссылки, побеги...

вБерлин, в августе месяце(1902г.) была созвана наша партийная -

социал-демократии Польши и Литвы -конференция. Поселяюсь

вКракове для работы по связи и содействию партиииз-за кордона.

Стого времени меня называют Юзефом...В 1912году переезжаю в Варшаву,1сентября меня арестовывают, судят за побег с поселения

и присуждают к трем годам каторги. В 1914году, после начала войны,

вывозят в Орел, где и отбыл каторгу- пересылают в Москву, где судят в1916году за партийную работу периода1910-1912гг. и прибавляютеще шесть лет каторги. Освободила меня из Московского централа Февральская революция. До августа работаю в Москве, в августе Мо­

сква делегирует на партсъезд, который выбирает меня в ЦК. Остаюсь

для работы в Петрограде.

В Октябрьской революции принимаю участие как член Военно­

революционного комитета, а затем, после его роспуска, мне поручают

организовать орган борьбы с контрреволюцией -ВЧК (7.12.1917),

председателем которого меня назначают».

Жизнь быстро внесла свои коррективы: внутренняя и внешняя угрозы оказались слишком тесно связанными, и вскоре ВЧК были

приданы разведывательные и контрразведывательные функции. Так,

в силу своеобразия сложившихся исторических условий разведка ока­

залась в рамках силовых, репрессивных структур. Трудно было отде­

лить борьбу с внутренними враждебно настроенными к новому режи­

му тайными организациями, получавшими помощь извне, от контр­ разведывательной и разведывательной деятельности. Примером тому

может служить хорошо известный в истории так называемый «заго­

вор послов» во главе с Локкартом. Английский разведчик готовил его с помощью французских и американских представителей в Москве

и британского военно-морского атташе Кроми в Петрограде. Ино­

странные консульства, пользуясь своим иммунитетом, давали приют

российским террористам. В английском консульстве в Москве укры­

вался лидер «Союза защиты родины и свободы» Борис Савинков. Сохранилось свидетельство одного из членов этой террористической организацииштабс-капитана Пинка: «Сильное пособие мы получили

от союзников. Пособие мы получали в деньгах, но обещана и реаль­

ная сила. Союзники ожидали, чтобы мы создали правительство, от лица которого бы их пригласили официально. Отряды союзников состав-

лялись смешанные, чтобы ни одна сторона не имела перевеса. Уча­

стие должны были принимать и американцы»2Борьба органов ВЧК с контрреволюционными организациями

носила в основном силовой характер. Однако в ходе ее применялись

и методы разведывательной деятельности. Органы ВЧК осуществля­

ли агентурное проникновение во враждебные организации, добывали

информацию об их планах, кадровом составе, вели работу по разло­

жению этих организаций изнутри. Так усваивались азы разведыва­

тельного искусства. Используя арсенал средств прежних спецслужб, рождающаяся советская разведка пополняла его собственным опы­ том, искала и находила новые методы и формы работы, подсказанные

своеобразной обстановкой, условиями политической борьбы.

Архивные материалы показывают, что уже с первых месяцев существования ВЧК предпринимались попытки вести разведыва­

тельную работу за кордоном.

В начале 1918года Дзержинский привлек к негласному сотрудни­

честву на патриотической основе бывшего издателя газеты «деньги

А.Ф. Филиппова, который доброжелательно отнесся к советской вла­ сти, видя в молодой республике и ее политике благоприятные возмож­ ности развития русской государственности. К счастью, о А.Ф. Фи­ липпове сохранилось немало подробных сведений. Он несколько раз направлялся председателем ВЧК с заданиями в Финляндию для сбо­

ра информации о политическом положении в стране, планах фин­

ских политических кругов и белой гвардии в отношении Советской

России, настроениях матросов и солдат, находившихся в то время в

Финляндии. Он сумел убедить царского адмирала Развозова высту­

пить во главе находящегося в финских портах русского флота и пе­

рейти с ним на сторону советской власти. Это первый после 1917года

известный по документам исторический факт установления сотруд­

ничества и вывода за границу агента для выполнения столь масштаб­

ных и ответственных заданий.

Известно письмо, направленное Дзержинским в феврале 1919года полномочному представителю в Стамбуле, с просьбой помочь агенту ВЧК в организации разведывательной работы с территории Турции.

Из сохранившихся документов явствует, что агент выступал под фа­

милией Султанов Р.К. Установлено, что это была не настоящая его фамилия, но каких-либо дополнительных сведений о нем разыскать

не удалось, хотя в архивах сохраняется его фотография.

С началом интервенции и Гражданской войны возникла необхо­

димость усилить борьбу с подрывной деятельностью иностранных разведок в армии. В декабре 1918года было принято решение о созда­ нии Особого отдела ВЧК в армии и на флоте в целях активизации борьбы с контрреволюцией и шпионажем. Особые отделы создава­

лись в центральном аппарате ВЧК, в крупных воинских и военно­

морских подразделениях, в некоторых губерниях.

ИСТОРИЯ РОССИЙСКОЙ ВНЕШНЕЙ РАЗВЕДКИ

Очерки

В шести томах

Том II 1917–1933 годы

Главный редактор академик Е.М. ПРИМАКОВ

Зам. главного редактора В.А. КИРПИЧЕНКО

Ответственный секретарь В.А. САВЕЛЬЕВ

В.Б. БАРКОВСКИЙ (27), Л.М. ВАВИЛОВ (ЗО), С.М. ГОЛУБЕВ (9,10,12,13,19), И.А. ДАМАСКИН (8, И, 17,19),

Н.А. ЕРМАКОВ (2, 25, 26, 28), А.Н. ИЦКОВ (1, 3, 4, 5, 6,12,17,18), Э.К. КОЛБЕНЕВ (34), В.А. КУЗИКОВ (7,15, 31,32, 33),

В.С. МОТОВ (14), О.И. НАЖЕСТКИН (предисл., 20), В.И. САВЕЛЬЕВ (16, 29), Б.Д. ЮРИНОВ (20, 21, 22, 23, 24)

Литературный редактор Л.П. ЗАМОЙСКИЙ

Предисловие

Второй том «Истории российской внешней разведки» охватывает начальный период деятельности советской внешней разведки, возникшей после революции в России в октябре 1917 года.

Первая мировая война, крах монархии, неспособность Временного правительства держать ситуацию под контролем, переход власти в руки Советов привели к тому, что старые социально-политические структуры распались или были разрушены в результате революционного процесса. Расшатанный до предела, деморализованный государственный аппарат не был в состоянии выполнять свои функции. На его обломках быстро формировался другой, более пригодный для решения качественно иных задач.

Советская власть с первых же шагов своей деятельности вынуждена была отражать удары внешних и внутренних врагов, отстаивать независимость и территориальную целостность молодого государства, выводить его из изоляции. Для защиты национальных интересов наряду с другими государственными органами нужны были спецслужбы, в том числе внешняя разведка. И они создавались в процессе борьбы и преодоления неимоверных трудностей, с которыми сталкивалась страна.

Обстановка в ней была сложной, кризисной. Россия все еще находилась в состоянии войны с Германией, немецкая армия приступила к активным боевым действиям на Украине, в Белоруссии, на подступах к столице - Петрограду. Экономика была поражена хозяйственной разрухой. Внутри страны крепло белое движение.

России нужно было срочно выйти из войны, но выйти с минимумом потерь. Не случайно поэтому одним из первых декретов новой власти был Декрет о мире, в котором всем воюющим сторонам предлагалось немедленно начать переговоры о заключении справедливого, демократического мира.

Верховный главнокомандующий русской армией генерал Духонин наотрез отказался выполнить предписания новой власти о прекращении боевых действий и установлении в целях ведения переговоров о перемирии контактов с командованием неприятельских армий.

Страны Антанты проигнорировали предложения Советской России о мирных переговорах и начали готовить вооруженную интервенцию против нее, с тем чтобы, поддержав внутренние антиправительственные силы, свергнуть пришедший к власти в октябре 1917 года режим и заставить Россию выполнить свои союзнические обязательства - продолжить войну с Германией и ее союзниками. Уже 23 декабря 1917 г. Англия и Франция заключили соглашение об оказании помощи белогвардейскому движению и разделе «зон влияния» в России. В английскую зону входили территории казачьих областей, Кавказ, Армения, Грузия, Курдистан. Во французскую - Украина, Бессарабия, Крым.

Германия формально приняла предложение о переговорах, но совсем не для того, чтобы заключить справедливый мир. Она пыталась использовать сложившуюся в России кризисную ситуацию для удовлетворения своих территориальных притязаний, навязать выгодные для себя условия мира и перебросить высвободившиеся войска на Запад для борьбы со странами Антанты.

Отсутствие у советского правительства точной информации о положении внутри Германии и намерениях немецкого командования привело к подписанию невыгодного для России Брестского мира. Это был один из первых сигналов о необходимости немедленной организации разведывательной работы.

К осени 1918 года европейский юг советского государства, часть Белоруссии и вся Прибалтика оказались оккупированными Германией. Огромные регионы - Дальний Восток, значительная часть Сибири и Урала, север и юг страны, Средняя Азия и Закавказье, Поволжье - в течение ряда лет оказывались попеременно под властью интервентов либо связанных с ними «правительств» и «директорий».

Огромную опасность для молодой республики представляли тайные контрреволюционные организации, большая часть которых была связана с иностранными разведками, опиралась на их помощь и поддержку

Голод и разруха, расцвет бандитизма довершали дело. Порой врагам советской власти казалось, что ей остались считанные дни. И они не очень-то скрывали, что на очереди расчленение страны, жестокое подавление народных выступлений, ликвидация самостоятельности России, ее колонизация.

Кризисная обстановка требовала адекватных ответных мер. Уже 20 декабря 1917 г. для борьбы с контрреволюцией и саботажем была создана Всероссийская чрезвычайная комиссия - ВЧК. Ее возглавил профессиональный революционер Ф.Э. Дзержинский.

Автобиография Феликса Эдмундовича уместилась на 2,5 машинописных страницах:

«Родился в 1877 году Учился в г. Вильно.

В 1894 году, будучи в 7-м классе гимназии, вхожу в социал-демократический кружок саморазвития- в 1895 году вступаю в литовскую социал-демократию и учусь сам марксизму, веду кружки ремесленных и фабричных учеников. Там меня в 1895 году и окрестили Яцеком. Из гимназии выхожу добровольно в 1896 году, считая, что за верой должны следовать дела и надо быть ближе к массе и с ней самому учиться».

Так началась революционная деятельность будущего председателя ВЧК. Затем - аресты, тюрьмы, ссылки, побеги…

Далее в автобиографии он пишет: «Вскоре после моего приезда в Берлин, в августе месяце (1902 г.) была созвана наша партийная - социал-демократии Польши и Литвы - конференция. Поселяюсь в Кракове для работы по связи и содействию партии из-за кордона. С того времени меня называют Юзефом… В 1912 году переезжаю в Варшаву, 1 сентября меня арестовывают, судят за побег с поселения и присуждают к трем годам каторги. В 1914 году, после начала войны, вывозят в Орел, где и отбыл каторгу- пересылают в Москву, где судят в 1916 году за партийную работу периода 1910–1912 гг. и прибавляют еще шесть лет каторги. Освободила меня из Московского централа Февральская революция. До августа работаю в Москве, в августе Москва делегирует на партсъезд, который выбирает меня в ЦК. Остаюсь для работы в Петрограде.

В Октябрьской революции принимаю участие как член Военнореволюционного комитета, а затем, после его роспуска, мне поручают организовать орган борьбы с контрреволюцией - ВЧК (7.12.1917), председателем которого меня назначают».

Жизнь быстро внесла свои коррективы: внутренняя и внешняя угрозы оказались слишком тесно связанными, и вскоре ВЧК были приданы разведывательные и контрразведывательные функции. Так, в силу своеобразия сложившихся исторических условий разведка оказалась в рамках силовых, репрессивных структур. Трудно было отделить борьбу с внутренними враждебно настроенными к новому режиму тайными организациями, получавшими помощь извне, от контрразведывательной и разведывательной деятельности. Примером тому может служить хорошо известный в истории так называемый «заговор послов» во главе с Локкартом. Английский разведчик готовил его с помощью французских и американских представителей в Москве и британского военно-морского атташе Кроми в Петрограде. Иностранные консульства, пользуясь своим иммунитетом, давали приют российским террористам. В английском консульстве в Москве укрывался лидер «Союза защиты родины и свободы» Борис Савинков. Сохранилось свидетельство одного из членов этой террористической организации штабс-капитана Пинка: «Сильное пособие мы получили от союзников. Пособие мы получали в деньгах, но обещана и реальная сила. Союзники ожидали, чтобы мы создали правительство, от лица которого бы их пригласили официально. Отряды союзников составлялись смешанные, чтобы ни одна сторона не имела перевеса. Участие должны были принимать и американцы».

Борьба органов ВЧК с контрреволюционными организациями носила в основном силовой характер. Однако в ходе ее применялись и методы разведывательной деятельности. Органы ВЧК осуществляли агентурное проникновение во враждебные организации, добывали информацию об их планах, кадровом составе, вели работу по разложению этих организаций изнутри. Так усваивались азы разведывательного искусства. Используя арсенал средств прежних спецслужб, рождающаяся советская разведка пополняла его собственным опытом, искала и находила новые методы и формы работы, подсказанные своеобразной обстановкой, условиями политической борьбы.

Категория: 

Оценить: 

Голосов пока нет

Добавить комментарий

  ____     ___       _      _____    ___    _   _ 
| _ \ / _ \ / \ | ___| / _ \ | | | |
| |_) | | | | | / _ \ | |_ | | | | | |_| |
| __/ | |_| | / ___ \ | _| | |_| | | _ |
|_| \__\_\ /_/ \_\ |_| \__\_\ |_| |_|
Enter the code depicted in ASCII art style.

Похожие публикации по теме