Князь кирилл романов. Великий князь кирилл владимирович. Жизнь в эмиграции. Самопровозглашённый император

Князь кирилл романов. Великий князь кирилл владимирович. Жизнь в эмиграции. Самопровозглашённый император

В сентябре этого года исполнилось 90 лет со дня такого «эпохального» события, как принятие Великим Князем Кириллом Владимировичем титула «Императора Всероссийского». И потому кажется очень странным, что сторонники кирилловской линии не вспомнили о таком «важном» событии. Этот поступок Великого Князя окончательно расколол не только семейство Романовых, но и саму эмиграцию в целом. В данной статье, попытаемся в хронологическом порядке, опираясь на письма прямых участников события, раскрыть вам - читателям, столь «великое» событие.

Политические игры Великого Князя Кирилла Владимировича начались ещё в дни Февральской революции 1917 года. Здесь не будем подробно останавливаться на красном банте, гвардейском экипаже, красном флаге и т.д. Тем более что все эти деяния Великого Князя подробно описаны в многочисленных воспоминаниях непосредственных свидетелей тех значимых исторических событий. Сегодня нас интересует другая тема. Летом 1917 года Кирилл Владимирович вместе с женой и дочерьми бежит в Финляндию, где и находит временное пристанище. В Августе того же 1917 года в городке Борго у Кирилла и Виктории рождается сын Владимир. В 1920 году семья Великого Князя перебирается во Францию, купив виллу в городке Сен-Бриак.


Великий Князь Кирилл Владимирович с супругой и дочерью.


Вилла Великого Князя в Сен-Бриаке.

Тем временем, в эмиграционных кругах стали создаваться различные монархические объединения, стоявшие на различных позициях по главному вопросу - кому царствовать на Руси. Некоторые считали, что сначала нужно свергнуть большевиков, а уж потом решать, кто годен в цари. Государь должен быть не столько законным, сколько желанным. Наиболее популярными «претендентами» среди монархистов считались Великие Князья Николай Николаевич и Дмитрий Павлович.


Дядя Николаша.


Мажор и дамский угодник Великий Князь Дмитрий Павлович

В 1921 году в курортном баварском городке Рейхенгалле состоялся общемонархический съезд, на котором присутствовало порядком 150 человек. Вопрос о престолонаследии был признан несвоевременным, поскольку не исключалась возможность спасение Императорской Семьи. На съезде бесспорным авторитетом была признана Вдовствующая Императрица Мария Фёдоровна. Съезд избрал Высший Монархический Совет (ВМС), который и решил обратиться с «верноподданной просьбой об указании лица, имеющего стать впредь до воцарения законного государя блюстителем престола и возглавителем монархического движения» к Марии Фёдоровне. Делегация ВМС сразу же направилась в Данию, во дворец Видер, где в годы изгнания жила Вдовствующая Государыня. После долгой беседы, Мария Фёдоровна решила уклониться от того, чтобы возглавить монархическое объединение.


Вдовствующая Государыня в изгнании.

Уже в ноябре 1922 года, в Париже, Высший Монархический Совет проводит своё второе совещание. Монархисты пришли к выводу, которые отразились в постановлениях, где в частности говорилось: «1. Право распоряжения блюстительством императорского престола принадлежит Императорскому Дому. Это право является не разрешенным и не воплощенным впредь до решения по этому вопросу Императорской Фамилией. 2. Следует всемерно стремиться к возглавлению монархического движения Великим Князем Николаем Николаевичем. 3. В настоящее время за границей невозможно разрешить вопрос о престолонаследии, ибо нет вполне достоверных сведений о судьбе Государя Императора и его Августейшего сына и брата, а действующие основные законы допускают различные толкования, подлежащие разрешению компетентным государственным учреждениям. 4. В согласии с предшествующими постановлениями совещание признаёт, что непререкаемым высшим авторитетом во всем монархическом движении принадлежит миропомазанной Государыне Императрице Марии Фёдоровне».

Итак, мы видим, что монархисты не знали, жив ли Император Николай II, Цесаревич Алексей Николаевич и Великий Князь Михаил Александрович, поэтому вопрос о будущем монархе широко не обсуждался. Многие видели именно Николая Николаевича, во главе монархического движения. Но хотелось бы особенно подчеркнуть, что именно во главе движения, а не во главе Императорского Дома или «Императором Николаем III», как сегодня некоторые пытаются это представить. Николай Николаевич всегда являлся популярной фигурой, особенно в армии. Недаром, в 1924 году Великий Князь возглавил Русский Обще-Воинский Союз, организацию, созданную бароном П.Н. Врангелем, объединившую в себя многие воинские организации Белой Армии в эмиграции. Следует также отметить, что фигура Кирилла Владимировича практически нигде не фигурирует.

Надежд на спасение Царской Семьи и Великого Князя Михаила Александровича оставалось все меньше и Великий князь Кирилл Владимирович решает, что настало время вступить в борьбу и выйти на монархическую арену. Честолюбивые планы подпитывала и жена Кирилла Великая Княгиня Виктория Фёдоровна, считавшая, что только её муж и сын имеют права говорить о престоле. В августе 1922 года Великий Князь Кирилл Владимирович публикует заявление, где провозглашает себя «Блюстителем Государева Престола»:

«РУССКИЙ НАРОД!
С того губительного дня, когда Пресветлый Государь Император Николай Александрович, обманутый предателями, покинул Всероссийский Престол, наша дорогая Родина изведала непосильные страдания, познала позор порабощения чуждою, ненавистною силою, увидела Алтари свои оскверненными и, окровавленная, обнищала. С вершины могуществ и славы Россия низринута в темноту. Но сила духа народного непобедима, основа Русской мощи жива. Во всех Русских сердцах горит яркая вера в возрождение России, в близкое торжество Русской народной правды. Мы уповаем на то, что жив Государь Николай Александрович, и что весть об Его убиении распространена теми, для коих Его спасение было угрозою. Не может наше сердце отказаться от надежды на то, что вернется Он, Пресветлый, к Престолу Своему. Но для нас ясно, что впредь до освобождения Русскаго народа от злобного гнета, Ему нет возможности открыто возсиять. Если-же Всевышнему неугодно, чтобы Его Императорское Величество или Наследник Цесаревич Алексей Николаевич дожили до близкого уже дня избавления России от бесчестного ига, - то Всероссийский Земский Собор возвестит нам, Кому на Руси быть Законным Государем. До того же времени, когда изволением Господним и на счастье возрожденной Родины нашей, Законный Государь возьмет нас под благостную десницу Свою, Русские люди не могут оставаться более без Возглавителя их трудов, ко спасению Родины направленных. И те наши соотечественники, которые на родных пространствах испытывают великие мучения, и чья мужественная работа по обслуживанию родного дела выдвигается на первое место в Русском сердце, - и те из нас, для коих вынужденная разлука с Родиной тяжкое горе, все одинаково ищут водительства, объединения трудовых усилий и избавления от страданий. И те и другие, трудами на пользу России, принесли и принесут великую пользу делу Русскому. Всем нам нужна свободная Россия, возстановление Русской славы и гордости народной возрождение. Посему и за отсутствием сведений о спасении Великаго Князя Михаила Александровича, Я, как Старший, в порядке Престолонаследия, Член Императорского Дома, считаю долгом взять на Себя возглавление Русских освободительных усилий, в качестве Блюстителя Государева Престола, впредь до той поры, когда весть о злодейском убиении Государя Императора Николая Александровича и Наследника Цесаревича Алексея Николаевича будет опровергнута, или, если сей надежде не суждено осуществиться, впредь до того дня, когда Земский Собор провозгласит Законного Государя. Русский Народ! Великими страданиями твоими пролагается для тебя путь к великому счастью. Ценою мучительных испытаний обрел ты разоблачение лживых учений, расшатавших твое могущество! Ты вернешься к славе, к восстановлению будущаго своего, к обновлению твоих мощных трудов. Впредь за своим законным Государем пойдет Россия! А теперь, единым вдохновением подкрепляемые пойдем мы все вперед к светлым Государевым дням, к торжеству Русскаго Православного Креста! Да будет дано Мне родному Внуку Царя-Освободителя, отдать Свою жизнь за спасение всего Русскаго народа. Да поможет Нам Бог, и да будет Его всесильное Благословение на Русском пути
».

В этот же день «Блюститель Престола» обращается и к русскому воинству - Белому и Красному:

«РОССИЙСКОЕ ВОИНСТВО!
К тебе, великая сила, прославившаяся в чреде веков на светлых путях служения Родине, обращается ныне слово Мое. Судьбы России нераздельно связаны с переживаниями ея защитников. Победоносно и властно шло Отечество наше к лучезарному будущему, пока не наступили в рядах твоих колебания, вырвавшия славу из Российского Венца, поведшия к величайшей и губительной смуте и лишившия Родину единства и мощи. С того дня, как случилось сие великое несчастье, священные Алтари наши беззащитны, богатства наши расхищены, Русский труд порабощен, и весь Русский народ изнывает в неволе. Этому должен быть положен конец! Слава тем Русским воинам, которые неустанно борясь за освобождение России, познали тягости неравного боя и ныне в чужих странах выносят все страдания разлуки с Отечеством. Слава и тем, которые под гнетом ненавистной им чужеродной власти на Родине хранят в душе верность Царю Православному и, в день яркаго восторжествования в их сердцах правды, сбросят с себя мучительное иго. Нет двух Русских армий! Имеется по обе стороны рубежа Российская, единая Русская Армия, беззаветно преданная России, ея вековым устоям, ея исконным целям. Она спасет нашу многострадальную Родину. Молю Бога о том, чтобы просьбе Моей вняв, верховное главнокомандование над Русской Армией принял Его Императорское Высочество Великий Князь Николай Николаевич- а до тех пор надлежащие указания будут ей преподаны Мною, при участии испытанных и доблестных военачальников, уже заслуживших благодарность России. Российское воинство! Ты одно, с помощью Господнею, можешь вернуть России былую мощь, славу и богатство, вернуть России то светлое будущее, к которому она шла под водительством Царей. Российское воинство! Поведи вновь Россию к свету! Если оправдаются наши надежды на то, что жив Государь Император Николай Александрович и спасен Наследник Цесаревич Алексей Николаевич, то близок день нашей общей радости. Если-же Всевышний не сохранил наиболее для нас драгоценных жизней, - то Всероссийский Земский Собор назовет нам законного Царя. Отныне-же да будет единство наших боголюбивых и царелюбивых усилий несокрушимою нашей мощью на родной стезе светлых достижений. Да хранит тебя Бог, Воинство Российское, и да будет тебе дарована Господом победа

Данным Манифестом Кирилл Владимирович хотел убить двух зайцев: завоевать популярность красным словом у военных и сделать реверанс «дяде Николаше», предложив ему мифический пост Главнокомандующего, надеясь тем самым задобрить своего главного «конкурента». Великий Князь Николай Николаевич был реалистом, и просто напросто решил не отвечать на столь сильный позыв своего племянника.


Видере - резиденция Вдовствующей Императрицы в годы изгнания.


Великая Княгиня Ксения Александровна в эмиграции.

В это же самое время, весть о «блюстительстве» Кирилла Владимировича доходит до Копенгагена. Вдовствующая Императрица с негодованием восприняла поступок племянника. Свои эмоции по поводу действий двоюродного брата, выразила и старшая дочь Императрицы Великая Княгиня Ксения Александровна в письме к Княгине Александре Оболенской:

«Не знаю, о какой политике ты говоришь! Поверь, она (вероятно речь идёт о Королеве Греции Ольге Константиновне) самый последний человек, который станет замешивать Мамa в какую бы то ни было политику и ее раздражать. Она даже спрашивала меня, какие вопросы лучше не затрагивать с ней и так далее, так что видишь, что она никогда не станет ее волновать или стараться на нее влиять. Вся эпопея К[ирилла] В[ладимировича] всех взбудоражила - смешав все карты, но, вероятно, этим и кончится, en queue de poisson (пшиком). Они, кажется, и сами сконфужены теперь и не рады, что выкинули все это и присмирели. Обидно только, что распространился слух, что все это сделано с ведома Мамa».

В это же самое время Кирилл Владимирович пытался получить от Николая Николаевича внятный ответ, на чьей он стороне, кого будет поддерживать - племянника, т.е. Кирилла, или сделает резкий ход и выставит свою кандидатуру. Кириллу Владимировичу как воздух нужны были сторонники «дяди Николаши», его популярность и лидерские черты.

Великий Князь начинает бомбардировать письмами замок Шуаньи, где в годы изгнания поселился «дядя Николаша» с супругой Анастасией Николаевной. Кирилл обращается к дяде с предложением созвать семейный совет, который и решил бы наболевший вопрос. И на этот раз «дядя Николаша» не стал отвечать. За него Кириллу пишет брат Николаши Великий Князь Пётр Николаевич:

«Дорогой Кирилл.
Я должен, к сожалению, заявить Тебе, что не сочувствую предложению Твоему созвать семейный совет, так как он, по моему мнению, может только привести к новому доказательству в розни наших взглядов и принципов. Мне известно содержание Твоего письма к моему брату- его очень удивило, что ты опять обратился к нему с предложением председательствовать на семейном совете, хотя тебе известно, что он его считает бесполезным. Тебе также известно его мнение, как должны были бы вести члены нашей семьи в тяжелую эпоху разрухи нашей многострадальной Родины. Мнение его в этом отношении я всецело разделяю. Считаю своим долгом, как член семьи Романовых, стоять вне всяких партий, союзов и политических агитаций, в какой бы форме они ни проявлялись.

Верно, что Господь укажет во благовремении Народу Русскому способ, как восстановить закон и порядок Русского Государства, и ему — Народу Русскому судить, а никак не нам, может ли ему сослужить службу Дом Романовых.
Сердечно любящий Тебя дядя Петр.
30 августа 1923 года»

Итак, братья Николаевичи сделали вывод из русской трагедии и понимали, что решающее слово всегда останется за русским народом, а никак не за Романовыми.


Великий Князь Кирилл Владимирович трудится на благо своей мифической империи.

Титул «блюстителя престола» явно не устраивал Великого Князя Кирилла Владимировича, а тем паче и его жену Викторию Фёдоровну, которая желала, чтобы её мужа уважали и коронованные особы принимали бы их на равных. Начиналась новая эпопея, «придворные» Кирилла требовали больших и решительных действий. Но, чтобы надеть мифическую корону, нужны были решительные доказательства убийства Императорской Семьи и Великого Князя Михаила Александровича. И они появляются. В Париж прибывает следователь по особо важным делам Николай Соколов, расследовавший дело о расстреле Императора вместе с семьёй и слугами. В привезённых чемоданах у Соколова неоспоримые факты того, что никто из Романовых в ту страшную ночь не выжил. Итак, доказательства были получены, и 13 сентября 1924 года Кирилл Владимирович провозглашает себя «Императором Всероссийским Кириллом I Владимировичем».

«Нет предела страданьям Русского народа. Порабощенный, разоренный, измученный, оскорбленный в своей Вере, наш великий народ вымирает от неимоверно усилившихся болезней и эпидемий. Ныне Россию постигло еще большее бедствие — небывалый голод. Человеческое слово бессильно выразить муки матерей, беспомощных свидетельниц голодной смерти своих детей. Три года тому назад много миллионов наших соотечественников погибло от голода в той самой России, которая раньше имела избыток хлеба и была житница Европы. Но тогда отзывчивая, богатая и щедрая Америка и разные организации пришли на помощь погибавшему населению, и многие были спасены. Ныне надежды на иностранную помощь тщетны, потому что безнравственная коммунистическая власть, разорив Россию, расхитив ее казну и богатства, за последние годы добывала себе золото путем вывоза за границу хлеба из голодающей страны нашей. Золото нужно коммунистам для личного обогащения, для порождения смуты во всех странах света и достиженья мировой революции.

Не взирая на ясно обозначившийся ныне полный неурожай в широкой полосе наиболее хлебородной части России, коммунисты продолжают вывозить хлеб и в сем году. Совершенно ясно, что Америка, считая, что ее помощь послужит лишь к усилению разрушительной деятельности III Интернационала, отказывается принести новые жертвы, понимая их безнадежность.

На все Мои обращения за помощью для Русского народа, Я получаю один и тот же ответ, что при существующих в России политических условиях и при господстве над нею врага христианской цивилизации, III Интернационала, никакая помощь оказана быть не может до тех пор, пока не установится на Родине нашей правовая власть, и лишь по восстановлении в России Законодательного Порядка могут быть осуществлены уже выработанные меры и способы широкой помощи.
Пусть Русская Армия, хотя и называемая красной, но в составе коей большинством являются насильно призванные честные сыны России, скажет решающее слово, встанет на защиту попранных прав Русского народа и, воскресив исторический Завет за Веру, Царя и Отечество, восстановит на Руси былой Закон и Порядок.

Заодно с Армиею пусть всколыхнется громада народная и призовет своего Законного Народного Царя, который будет любящим, всепрощающим, заботливым Отцом, Державным хозяином Великой Русской Земли, грозным лишь для врагов и для сознательных губителей и растлителей Народа. Царь восстановит Храмы, простит заблудших, законно закрепит за крестьянами землю. И тогда Россия получит широкую помощь от голода и спасенье от окончательной гибели, а впоследствии воссоздаст разрушенное свое хозяйство и обретет мир и благополучие. Тяжело и трудно будет служение Царя в разоренной и расшатанной в своих устоях России. Не для личной славы, не для суетных почестей или из жажды власти вернется Царь на Свой Прародительский Престол, а для исполнения Своего долга перед Богом, Своею совестью и Родиной.

Призывая к святому подвигу освобожденья Отечества от позорного и гибельного ига, Я первый обязан исполнить в полной мере Закон и Свой Долг, отметая всякие колебания и не взирая на вынужденное в настоящее время пребыванье за рубежом отечества. Осенив Себя Крестным знамением, объявляю всему Народу Русскому: Надежда наша, что сохранилась драгоценная жизнь Государя Императора Николая Александровича, или Наследника Цесаревича Алексея Николаевича, или Великого Князя Михаила Александровича, не осуществилась. Ныне настало время оповестить для всеобщего сведения: 4/17 июля 1918 г. в городе Екатеринбурге, по приказанию интернациональной группы, захватившей власть в России, зверски убиты — Государь Император Николай Александрович, Государыня Императрица Александра Федоровна, Сын Их и Наследник Цесаревич Алексей Николаевич, Дочери Их Великие Княжны Ольга, Татьяна, Мария и Анастасия Николаевны.

В том же 1918 г. около Перми убит Брат Государя Императора Великий Князь Михаил Александрович. Российские Законы о Престолонаследии не допускают, чтобы Императорский Престол оставался праздным после установления смерти предшествующего Императора и Его ближайших Наследников. Также по Закону нашему новый Император становится таковым в силу самого Закона о Наследии. Наступивший же вновь небывалый голод и несущиеся с Родины отчаянные мольбы о помощи повелительно требуют возглавления дела спасения России Высшим, Законным, внесословным и внепартийным авторитетом. А посему Я, Старший в Роде Царском, Единственный законный правопреемник Российского Императорского Престола, принимаю принадлежащий Мне непререкаемо Титул Императора Всероссийского.
Сына Моего, Князя Владимира Кирилловича провозглашаю Наследником Престола с присвоением Ему Титула Великого Князя Наследника и Цесаревича. Обещаюсь и клянусь свято блюсти Веру Православную и Российские Основные Законы о престолонаследии, обязуюсь нерушимо охранять права всех вероисповеданий. Народ русский велик и наделен обильными дарами ума и сердца, но впал в страшную беду и несчастье. Великие испытания, ниспосланные ему Богом, да очистят Его и приведут к светлому будущему, возобновив и закрепив перед Всевышним священный союз Царя и Народа.
КИРИЛЛ.
Дан 31 августа 1924 года».

Продолжение следует....

Здравствуйте уважаемые!
Продолжим с Вами тему, начатую вчера вот тут вот:
Помните такой вот кусок текста книги:
Потом не слишком стройным каре проследовали донцы, а за ними и вовсе безо всякого строя ехала депутация азиатских подданных империи - в разноцветных одеяниях, на украшенных коврами тонконогих скакунах. Я узнал эмира бухарского и хана хивинского, оба при звёздах и золотых генеральских эполетах, странно смотревшихся на восточных халатах.
Мне вот стало интересно, кто конкретно имелся ввиду под восточными правителями. Искать пришлось недолго:-)
Бухарский эмират в 1868 году попал в вассальную зависимость к Российской империи и получил статус её протектората. В нашем конкретном случае, речь идет о девятом эмире из династии мангытов по имени Сеид Абдул-Ахад-хан. Просвещенный был человек — много путешествовал, очень любил лошадей и поэзию. Сам не чурался литературной деятельности под псевдонимом Оджиз.

Сеид Абдул-Ахад-хан

Был генералом на русской службе, шефом 5-го Оренбургского казачьего полка. Награжден множеством наград Российской империи, в том числе в 1906 году он стал последним иностранным кавалером высшего ордена России— Святого Апостола Андрея Первозванного.

Коканд, Хива и Бухара.

Умер рано — в 1910 году в своем любимом городе Кермине (саму Бухару он не очень любил почему то) в возрасте 51 года от болезни почек.
В нашем городе навсегда осталась память от Сеид Абдуле-Ахад-хане, ибо именно на его деньги во многом была возведена Большая соборная мечеть, украшающая Петроградскую сторону.


Большая соборная мечеть Санкт-Петербурга

Одним из главных противников Бухары в Туркестане была Хива (Хорезм) Во время Хивинского похода 1873 года ханская независимость пала и Хива тоже была объявлена российским протеторатом. Кстати, впервые именно в этом походе показал себя прославленный полководец Михаил Скобелев, выведенный в книгах Акунина под фамилией Соболев.
11-ым Ханом из династии кунгратов в Хиве был в эти года Мухаммад Рахим-хан II. Он был поклонником искусств, сам неплохо писал стихи под псевдонимом Фируз, и музицировал.

стяг Хивы

Был русским генерал-лейтенантом (позднее генералом от инфантерии), поэтому ношение эполет и погон тоже вполне объяснимо. Другой вопрос, что на халате....:-)
Скончался в 1910 году на 66 году жизни.

Мухаммад Рахим-хан II

Пойдемте дальше:-)
Как я уже говорил, некоторые из реальных исторических лиц довольно-таки легко просматриваются в персонажах книг, хотя названы несколько иными именами.
Ну, например, грозный великий князь Кирилл Александрович, поучающий своего племянника Николая II. Как там в книге: А старший, великий князь Кирилл Александрович, командующий императорской гвардией, не столь красив, как братья, но зато истинно величественен и грозен, ибо унаследовал от венценосного деда прославленный взгляд василиска. Бывало, что некоторые провинившиеся по службе офицеры от этого взора и сознание теряли.
Это явно Владимир Александрович — младший брат покойного императора Александра III. Он действительно был крут по характеру, и как и в книге возглавлял гвардию и войска Санкт-Петербургского военного округа.

Владимир Александрович

Вот, что о нем пишут современники: «Красивый, хорошо сложённый, хотя ростом немного ниже своих братьев, с голосом, доносившимся до самых отдалённых комнат клубов, которые он посещал, большой любитель охоты, исключительный знаток еды (он владел редкими коллекциями меню с собственноручными заметками, сделанными непосредственно после трапезы), Владимир Александрович обладал неоспоримым авторитетом. <…> Государь Николай II испытывал перед Владимиром Александровичем чувство исключительной робости, граничащей с боязнью. Великий князь, вероятно, заметив впечатление, производимое им на императора, стал держаться в стороне от государственных вопросов».
Именно он отдал приказ открыть огонь войскам в «Кровавое воскресенье».
Умер в 1909 году.

Парадный портрет

Так же легко и узнается персонаж Симеона Александровича. По книге: Симеон Александрович, самый высокий и стройный из братьев покойного государя, со своим правильным, будто высеченным изо льда лицом похож на средневекового испанского гранда.
Московским генерал-губернатором в те годы был дядя Николая II Сергей Александрович. И его нетрадиционная сексуальная ориентация не для кого не была тайной. Его окружали смазливые молодые офицеры типа выведенного в книге князя Глинского (кстати тут присутствует некая ирония автора — княжеский род Глинских, из которого была и мать Ивана IV Грозного, пресекся еще в 16 столетии). Сохранился исторический анекдот во воспоминаниях бывшего министра иностранных дел В. Ламздорфа: «По городу циркулируют два новых анекдота: «Москва стояла до сих пор на семи холмах, а теперь должна стоять на одном бугре» (фр. Bougre - гомосексуалист). Это говорят, намекая на великого князя Сергея».

Сергей Александрович

Однако все было не так однозначно. Несмотря на все свои слабости и недостатки, было у Сергея Александровича и несколько серьезных достоинств. Он очень многим людям помогал не афишируя этого. В его семье воспитывались племянники - великая княжна Мария Павловна и её брат, великий князь Дмитрий Павлович, мать которых умерла при преждевременных родах. Опять-таки, жена у него была сущий ангел. Елизавета Федоровна при рождении Елизавета Александра Луиза Алиса Гессен-Дармштадская организовала впоследствии, продав все свои драгоценности Марфо-Мариинскую Обитель Милосердия. И это был не монастырь, а именно, что обитель - в которой оказывали не только духовно-просветительскую, но и медицинскую, и образовательную помощь нуждающимся, которым часто не просто давали еду и одежду, но помогали в трудоустройстве, устраивали в больницы.

Елизавета Федоровна при жизни мужа.

Нередко сёстры уговаривали семьи, которые не могли дать детям нормальное воспитание, отдать детей в приют, где им давали образование, хороший уход и профессию. Сама Елизавета Федоровна работала в обители лично не покладая рук. Зверски была убита большевиками в Алпаевске в 1918 году, а в 1992 году прославлена к лику святых в РПЦ

В поздние годы.

Сам Сергей Александрович погиб в 1905 году, разорванный на части бомбой террориста- эсера и неудачного поэта Ивана Каляева. Интересно, что Елизавета Федоровна хлопотала о прощении убийцы своего мужа, аргументируя это не только христианской моралью, но и тем, что у Каляева была возможность бросить бомбу раньше, когда в открытой коляске находились она с племянником и племянницей, но эсер этого делать не стал.
Вот такие вот дела...
Продолжение следует...

ВЗГЛЯД

 

БЛАГИЕ НАМЕРЕНИЯ

 

Какая монархия необходима России?

В последнее время официальные СМИ и политики разных лагерей или прямо, или косвенно, но все чаще обращаются к вопросу восстановления монархии в России. Федеральный еженедельник «Российские вести» поместил обширное интервью с Главой Российского Императорского Дома Марией Владимировной Романовой. В нем есть прекрасные слова о роли монархии в наши дни:
«В современном мире институт наследственной монархии, не обязанной властью никому, кроме Бога, и потому независимой от любых частных интересов, способен наиболее полно гарантировать права и свободы. В отличие от республики, монархия исторически является строем, зародившимся не искусственным путем, а плавно оформившимся от СЕМЬИ, через РОД – к НАРОДУ. Поэтому нация, организующая жизнь по монархическому принципу, живет как единый организм... Без этого ощущения неизбежно происходит разрыв между властью и обществом. А это приводит к тому, что демократия становится утопией».
Поскольку больше половины россиян (это данные соцопросов) разочарованы в «демократии», то можно ждать, что эти слова Главы Императорского Дома будут услышаны. Согласятся и с ее определением многопартийности:«Если монархическое государство походит на семью, то республика – скорее на акционерную компанию. Конечно, бывают прекрасно устроенные акционерные компании, а бывают неблагополучные семьи. Но любой нормальный человек будет больше дорожить своей семьей, чем акционерной компанией».
Здесь, в этой части, все понятно и комментариев не требует. Но есть еще практическая сторона вопроса.
По словам Марии Владимировны, ее Императорский Дом должен«быть всегда готовым ответить на народный призыв» и«активно участвовать в жизни России уже сейчас». Действительно, с весны мы не раз видели ее с сыном Георгием в телевизионных передачах, освещавших различные общероссийские мероприятия. Россияне начинают, наконец, свыкаться с мыслью, что у них есть монархия. Не признанная, в изгнании – но есть. Но также свыкаются они и с тем, что эта монархия – «Ее Императорское Высочество» Мария Владимировна, дочь Великого князя Владимира Кирилловича Романова. Между тем ее моральные, юридические права на престол вызывает множество вопросов. Насколько для нас, для будущего России это важно?
Сегодня мы начинаем публиковать исследование на эту тему, которая, надеемся, найдет отклик у читателей...

Рядовой Романов

Однажды святой Царь Николай II решил убедиться в пригодности новой экипировки для армии. Облачился в солдатское обмундирование и с полной выкладкой, винтовкой, пайком прошагал 40 верст. Дело было в Крыму и, видимо, по жаре.

Командир полка, где все происходило, попросил тогда о милости: зачислить Царя в свою часть и на перекличке вызывать его как рядового. Государь ответил согласием. В послужную книгу нижнего чина вписал свое имя: «Николай Романов», а срок службы указал – «до гробовой доски».

Это обещание он сдержал. Государь умел сходить в рядовые, это мы не смогли подняться до Царя. И не обретем покоя, пока не научимся этого делать.

«Имею честь»

Один эпизод в истории нашей революции приковывает особое внимание. В нем как в капле воды отразилась недостоинство России иметь настоящего православного монарха.

Первого марта (здесь и далее – по старому стилю) 1917 года к Государственной Думе подошел, печатая шаг, большой отряд моряков. Это был Гвардейский экипаж, – наверно, самая элитная часть Империи. Во главе ее находился двоюродный брат Царя Великий князь Кирилл Владимирович Романов. Вот как писала об этом газета «Биржевые Ведомости»:

«Обратившись к председателю Думы, Великий князь Кирилл Владимирович заявил:

– Имею честь явиться к вашему превосходительству. Я нахожусь в вашем распоряжении. Как и весь народ, я желаю блага России. Сегодня утром я обратился ко всем солдатам Гвардейского экипажа, разъяснил им значение происходящих событий и теперь могу заявить, что весь Гвардейский флотский экипаж – в полном распоряжении Государственной Думы.

Слова Великого князя были покрыты криками «ура»...»

Зададимся вопросом: кто кричал и почему? Незадолго до этого, 26 февраля, Николай Второй объявил о роспуске Думы. Та, несмотря на законность требования царя, распускаться не захотела. Более того, в здание Думы, в Таврический дворец, начали свозить арестованных сторонников Государя. Среди них были глава правительства Горемыкин, председатель Государственного совета Щегловитов, министр здравоохранения Рейн, петроградский градоначальник Балк, начальник Петроградского военного округа Хабалов, директор морского корпуса адмирал Карцев и множество других государственных деятелей и военных. Хватали всех, кто способен был возглавить сопротивление новой власти. Отношение к арестованным было издевательским. Им запрещалось даже разговаривать между собой.

Но, несмотря на эти меры, новое, самозванное правительство обмирало от страха. К городу приближались войска генерала Н.И.Иванова, направленные Государем для подавления беспорядков. В ответ думцы начали готовиться к обороне. Восставших частей в городе было море, но способных оказать организованное сопротивление Царю – раз-два и обчелся. Поэтому приход Гвардейского экипажа имел для Родзянко и других мятежников большое значение.

Тем более что Кирилл Владимирович был не просто одним из великих князей. Цесаревич был смертельно болен, Великий князь Михаил Александрович править решительно не желал. К тому же Михаил был женат на простой дворянке, и его возможное потомство прав на престол не имело. В подобных обстоятельствах сын Павла I Константин отказался занять трон и отрекся в пользу брата. Кому мог уступить свои права Михаил? Третьим в списке наследников стояло имя Кирилла Романова.

И вот он переступил порог Таврического, освящая собой мятеж. В тот момент в растерянности пребывали не только чиновники и офицеры. Многие солдаты не могли понять, против кого восстали их полки. Кто-то из них продолжал в этом хаосе хранить верность Государю, и еще больше было простых мужиков, которые с тревогой думали о том, что им скоро предстоит держать ответ перед военным судом.

Однако после похода Гвардейского экипажа наступил перелом. «Вне закона» в Петрограде оказались те, кто хранил верность Царю. Это они, как «выяснилось», боролись против правительства (Государем не утвержденного). В любом случае, ни о каком трибунале речь уже идти не могла. Мятежные части оказались надежно прикрыты спиной Великого князя.

Ради чего он пошел на этот шаг? Одни называют его действия изменой, другие утверждают, что это был последний шанс империи, что Кирилл будто бы надеялся своим поступком взять ситуацию под контроль. Окончательного ответа на этот вопрос мы не получим, наверное, никогда. Наличие благих намерений у Кирилла Владимировича вполне вероятно. Последствия их ужасны.

В связи с этим вспоминается, что незадолго до революции писатель Леонид Андреев написал рассказ об Иуде Искариоте. В нем автор приходит к выводу, что Иуда был верным учеником Спасителя и стремился, по-своему, Его облагодетельствовать. Такие вот идеи рождались в атмосфере предательства, которая сгущалась над Россией. Это необходимо учитывать при любом серьезном разговоре о той эпохе.

Особенно при попытке ответить на главные вопросы, заданные нам Февральской революцией. Все хотели как лучше, все думали об Отечестве. Так в какой же момент благой порыв оборачивается черной изменой? За кого нужно держаться в такие дни – намертво, уставно, вопреки здравому смыслу, – а кого послушать, с чем-то согласиться и поднять на штыки как врага Бога и Государя?

Противостояние

Конечно, можно было бы предоставить мертвым хоронить своих мертвецов и забыть обо всем. Великого князя Кирилла так же жаль, как и многих его современников – Керенского, например. Который на смертном одре нашел в себе силы сказать: «Прощайте и забудьте меня. Я погубил Россию!»

Если бы Кирилл Владимирович Романов осудил свои действия в 17-м году столь же строго, можно было бы сказать: «Бог ему судья». Вместо этого он через семь лет после похода в Думу в эмиграции провозгласил себя императором. Сегодня права на престол заявляют его потомки (в частности, Мария Владимировна Романова), причем весьма деятельно.

Это плохо укладывается в голове. Вот тема для нового «Гамлета». Тем не менее, у претендентов есть в России сторонники. Их поддерживают, в частности, режиссеры Никита Михалков и Станислав Говорухин. Против выступал академик Дмитрий Лихачев. Также против Владимир Осипов, который много лет провел в узах за свою веру. Сегодня он многими считается совестью православного патриотического движения.

Оба списка можно продолжить, отметив, что еще совсем недавно поклонников Кирилловичей в православной среде было очень немного. Зато возможность их возвращения и восстановления монархии в России всерьез обсуждалась политическим бомондом в Москве. ТВ откликалось на это целыми передачами, и нельзя исключить, что Кремль действительно мог держать подобный вариант про запас.

Сегодня положение дел начало меняться. Все более широкие круги православной общественности втягиваются в противостояние. Например, этим летом бурными чувствами оказалась охвачена Самара. По приглашению епископа Сергия город посетила внучка Кирилла I княгиня Мария Владимировна.

Среди встречавших были исполняющий обязанности губернатора Самарской области Павел Иванов, атаман Волжского казачьего войска Борис Гусев и т.д. На протяжении всего следования кортежа милиционеры отдавали честь. Но больше всех ликовала православная общественность. Вот как описала прощание с княгиней одна из местных газет:

«Великая Княгиня... за это время еще больше полюбила Самару. Это было видно по тому, каким по-царски милостивым взором она окинула своих подданных, пришедших проводить Государыню. Слова прощания... И вот Ее Императорское Высочество машет нам рукой с борта теплохода. Сотни сердец согревала одна мысль: прощаемся не навсегда. Самара всегда будет ждать Государыню!..»

Этот пафос можно было бы понять (мне очень близко желание людей уже сейчас жить при царе), если бы Мария Владимировна имела хоть какое-то моральное право на русский престол. С юридической точки зрения, ее претензии также весьма сомнительны.

Споры на эту тему начались еще в эмиграции, в начале 20-х годов. Тогда память о марте 17-го была слишком свежа, поэтому даже сторонники Кирилла Владимировича убеждали его передать права сыну. Великий князь к этим советам не прислушался, что не прибавило ему популярности. В сводке ЧК, датированной началом 25-го года, читаем: «Эмигрантская масса монархического толка отнеслась к манифесту Кирилла Владимировича (провозгласившему его императором – авт.) в общем отрицательно...».

Большая часть монархистов склонялись в те годы к «непредрешенчеству». Предполагалось, что русский народ после освобождения от большевиков должен сам принять решение, как ему жить дальше. Впоследствии эта позиция оформилась в идею выборов царя на Земском Соборе. Первым ее всерьез озвучил, судя по всему, наш выдающийся публицист Иван Солоневич.

Но до сих пор неясно, кто будет выбирать и по какому праву. То есть в вопросе о форме восстановлении монархии мы оказались связаны по рукам и ногам. И чем яростнее пытаемся освободиться, тем больше затягиваем узлы.

«Хранитель канонов православных»

Думается, что это будет продолжаться до тех пор, пока мы не выполним своего урока – не поймем, что такое русское самодержавие и почему мы его лишились.

Помнится, как в начале 90-х годов сторонники Марии Владимировны отправляли какие-то поздравления правителю Саудовской Аравии – на том основании, что он тоже монарх. Этот формализм – не такая уж блажь, как может показаться на первый взгляд. Упор на православный характер царской власти таит для «кирилловцев» целый ряд опасностей.

Мать Великого князя Кирилла Мария Павловна была лютеранкой и первые 34 года жизни в России отказывалась перенять веру своего мужа. Это бросало некоторую тень на право ее детей наследовать русский престол. Согласно Основным законам Российской Империи, не только отец, но и мать будущего царя, «хранителя канонов», должна была на момент венчания исповедовать православие.

Но оставим споры на эту тему юристам, отметив лишь практическое значение закона. Известно, что именно матери оказывают особое влияние на духовную жизнь детей. О том, какое влияние могла оказать Мария Павловна, можно судить по одному обстоятельству. Она с иронией относилась к ревностному исповеданию православия св.Царицей Александрой.

Их отношения вообще были не слишком приязненными. С предыдущей императрицей, Марией Федоровной, Великая княгиня Мария Павловна ладила еще меньше. И эта полувековая вражда с троном не могла, конечно, не отразиться на ее сыне – Кирилле.

Следующим, гораздо более весомым, камнем преткновения стала скандальная женитьба Великого князя Кирилла на его двоюродной сестре – Виктории Саксен-Кобург-Готской (супруги были родными внуками Александра II). Николай II был категорически против. Тем не менее, вопреки его воле венчание состоялось.

54 правило 7-го Вселенского Собора настаивает на расторжении подобных браков и семилетней епитимье. Но что еще важнее, это был, что называется, «действующий канон», подтвержденный указами Св.Синода 1810 и 1885 годов. Согласно им, подобные браки воспрещались как противные «самой природе человека».

Ни один из жителей Российской Империи жениться на двоюродной сестре не мог, а к «двойной бухгалтерии», когда некоторые царственные особы полагали, что для них закон не писан, Государь относился очень болезненно. Он считал это бесчестьем, нарушением долга перед народом.

После женитьбы Великому князю Кириллу запрещено было появляться в пределах империи. Особое совещание рассмотрело в декабре 1906 года сложившееся положение и заключило, что «брак... по действующим в Российской империи законам должен почитаться как бы несуществующим», а дети, рожденные от этого брака, «должны почитаться внебрачными».

Прочитав этот документ, Николай II начертал резолюцию, лишающую Кирилла Владимировича и его потомство многих прав, в том числе права на наследование престола.

Однако вскоре давление родственников и опасность, что скандал сыграет на руку врагам монархии, вынудили Государя пойти на уступки. Прощение было объявлено, хотя и начиналось с несколько необычной формулировки: «Снисходя к просьбе любезного дяди нашего... Великого князя Владимира Александровича, всемилостивейше повелеваем...»

Так Великий князь Кирилл занял прежнее место в иерархии Дома Романовых. Для Государя, который продолжал верить, что его место займет Цесаревич Алексий, это не имело тогда принципиального значения.

Накануне революции

В моральном отношении св.Николай и его двоюродный брат Кирилл были, наверное, антиподами. Один был крайне чувствителен к малейшим нюансам в отношении долга. Для второго основными законами были его желания. Это сыграло роковую роль в истории династии.

Но, кроме различий, у двух этих людей было немало общего, так же, как, например, у Александра Первого и декабристов, героев 1812-го года.

Именно Кирилл Владимирович впервые поднял флаг над русским Порт-Артуром. Во время русско-японской войны он, вместе с адмиралом Макаровым, командовал обороной крепости с моря. Они оба стояли на капитанском мостике эскадренного броненосца «Петропавловск», когда тот подорвался на японской мине и пошел на дно. Контуженный, обгоревший, Великий князь в числе немногих смог тогда выплыть. Когда его заметили спасатели, он крикнул: «Со мною все в порядке, спасайте остальных!»

Государь писал о случившемся как о чуде. И потом, когда закончилась эпопея с изгнанием брата из России, он написал в дневнике: «Теперь это дело решено, как будто гора с плеч свалилась...»

Примирение казалось полным, даже Государыня во время I мировой войны тепло писала о Кирилле Владимировиче и его супруге. В свою очередь, Кирилл Владимирович, его мать и братья долгое время относились к Царской Семье максимально корректно. Они, например, не приняли никакого участия в разжигании страстей вокруг Григория Распутина (по тем временам это дорогого стоило).

Но это не помешало им впоследствии выступить в защиту убийц Распутина. Тогда, в декабре 16-го года, какое-то странное марево начало окутывать семью Марии Павловны. Пошли разговоры о том, что в ее доме затевается заговор против императрицы.


К.В.Романов в эмиграции

Нынешний секретарь Императорского Дома Александр Закатов написал недавно подробную апологию «Император Кирилл I в февральские дни 1917 года». Это самая удачная попытка реабилитировать Кирилла Владимировича Романова, которая принесла ее автору ученую степень. Тем важнее отметить, что даже профессиональному историку слабость своих позиций пришлось энергично драпировать с помощью приемов, более характерных для адвокатуры, чем для науки.

В том, что касается декабрьских событий, Закатов смог поставить под сомнения показания французского посла Мориса Палеолога и лидера националистов Пуришкевича. Непонятно, правда, зачем он их вообще вытащил на свет Божий. Возможно, для того, чтобы скрыть растерянность перед книгой главного свидетеля – председателя Государственной Думы Михаила Родзянко «Крушение Империи».

В ней можно найти рассказ о том, как Мария Павловна позвонила поздно вечером Родзянко с просьбой немедленно приехать к ней. Тот отказался, тогда договорились встретиться следующим утром, в канун Рождества.

«На другой день, – пишет политик, – на завтраке у Великой княгини я застал ее вместе с ее сыновьями, как будто бы они собрались для семейного совета. Они были чрезвычайно любезны, и о «важном деле» не было произнесено ни слова. Наконец, когда все перешли в кабинет и разговор все еще шел в шутливом тоне о том, о сем, Кирилл Владимирович обратился к матери и сказал: «Что же вы не говорите?» Великая княгиня стала говорить о создавшемся внутреннем положении, о бездарности правительства, о Протопопове и об Императрице. При упоминании ее имени она стала более волноваться, находила вредным ее влияние и вмешательство во все дела, говорила, что она губит страну, что благодаря ей создается угроза Царю и всей царской фамилии, что такое положение дольше терпеть невозможно, что надо изменить, устранить, уничтожить... Желая уяснить себе более точно, что она хочет сказать, я спросил:

– То есть как – устранить?

– Да я не знаю... Надо что-нибудь предпринять, придумать... Вы сами понимаете... Дума должна что-нибудь сделать... Надо ее уничтожить...

– Императрицу».

Александр Закатов, пытаясь дезавуировать этот текст, задается вопросом: почему Родзянко «вспомнил» об этом разговоре лишь после того, как Кирилл Владимирович объявил себя императором? Можно ли верить столь запоздалому признанию?

Этот аргумент лишен всякой ценности. Родзянко проговорился обо всем практически сразу после беседы в доме Марии Павловны. Историк С.Мельгунов в своем серьезном исследовании «На пути к дворцовому перевороту» пишет: «Слухи о разговоре М.П. с Родзянко проникли широко в общество – они тогда же были зарегистрированы Карриком». Историк добавляет также:

«Совещания в салоне М.Павл. продолжались. Из других источников я знаю о каком-то таинственном совещании на загородной даче, где определенно шел вопрос о цареубийстве: только ли императрицы?»

Разумеется, слепо верить всем этим разговорам и памяти Михаила Родзянко не стоит, нужно знать контекст происходящего.

Согласно записи в дневнике Великого князя Андрея Владимировича, председатель Думы был вызван не для разговора о перевороте, а с тем, чтобы помочь убийце Распутина – Великому князю Дмитрию Михайловичу. В отношении этого родственника Государь проявил тогда «невиданную жестокость» – решил сослать его в Персию.

Разговор об Императрице, быть может, вовсе не планировался. Родзянко сам признается, что Мария Павловна разгорячилась и потеряла над собой контроль в определенный момент - при упоминании имени Царицы. Нельзя буквально понимать и слово «уничтожить». Из других источников известно, что речь шла о желании запереть Александру Федоровну в монастырь.

Определенно можно сказать только то, что отношение к Императрице в семье Кирилла Владимировича было резко отрицательным. Это объясняет поразительное небрежение Великого князя о Царице (и ее детях) во время революции.

Март 17-го

Поборники Кирилловичей тщательно избегают этой темы. Игнорируют вопрос – как мог Великий князь увести свой Гвардейский экипаж из Царского Села в те дни, когда семья Государя особенно нуждалась в защите.

Начало волнений в Петрограде застало Кирилла Владимировича, как, впрочем, и всю Россию, врасплох. Открытого бунта почти никто не предполагал, хотя что-то назревало.

В середине месяца Великий князь Кирилл подал Царю Записку со всякими остроумными советами. Из нее можно было узнать, как переделать Россию на конституционный манер, как упрочить власть. Предлагалось, например, прекратить добычу золота, чтобы высвободить в военное время рабочую силу, занятую на рудниках.

И действительно – зачем нам золото? Это вполне характеризует государственные способности Кирилла Владимировича. В тот момент народу в армию было призвано сверх всякой меры, тот же Петербург был забит запасными войсками под завязку. Правительство не знало, что с ними делать – хоть по домам отправляй, чтобы сами себя кормили.

26 февраля министр Протопопов видит Великого князя в Мариинском дворце внимательно наблюдающим за началом революции.

27 февраля Великий князь, озабоченный стрельбой на улицах, появляется в кабинете петроградского градоначальника А.Балка с тем, чтобы устроить ему разнос. На вопрос, что делается для подавления бунта, Балк вразумительного ответа дать не смог. Тогда Кирилл Владимирович обещает прислать на подмогу две верные роты. К вечеру его моряки-гвардейцы пришли из Царского Села, потолкались без толку и исчезли в неизвестном направлении, отозванные Великим князем.

Так Царская Семья начала лишаться охраны.

28 февраля мятежники осадили Александровский дворец, где находилась Государыня с детьми. Вот как напишет об этом фрейлина, подруга Императрицы Анна Вырубова: «Никогда не забуду ночи, когда немногие верные полки (Сводный конвой Его Величества, Гвардейский экипаж и Артиллерия) окружили дворец, так как бунтующие солдаты с пулеметами, грозя все разнести, толпами шли по улице ко дворцу».

Но даже после этого мысль о необходимости защитить если не Царицу, то хотя бы Наследника, явно не овладевает Кириллом Владимировичем.

1 марта он уводит уже большую часть Гвардейского экипажа из Царского Села – с тем, разумеется, чтобы «спасти Россию». На этом фоне опасность, которая нависла над Государыней и ее детьми, казалась будущему императору Кириллу I второстепенной проблемой.

Анна Вырубова сделала тогда запись в дневнике: «На следующий день полки с музыкой и знаменами ушли в Думу». Государыня писала мужу: «Экипаж покинул нас сегодня вечером – они совершенно ничего не понимают, в них сидит какой-то микроб».

Эти две цитаты выписаны мною из монографии Александра Закатова. Ознакомив нас с этими фактами, историк почему-то резюмирует: «Итак, мы выяснили, что Великий князь из Царского Села экипаж не уводил». Эта фраза разумному объяснению почти не поддается. Возможно, имеется в виду, что князь не лично вывел экипаж из Царского, а вызвал с помощью распоряжения. Почувствуйте разницу...

В.Григорян

(Окончание следует)

Двоюродный брат Николая II, великий князь КириллВладимирович, в 1922 г. объявил себя Блюстителем Престола, а 31 августа 1924 г. принял титул Императора Всероссийского Кирилла I.

Великий князь Александр Михайлович в письме за своейподписью и за подписями своих сыновей князей Андрея, Федора, Никиты иРостислава Александровичей обращался к уже Государю Кириллу Владимировичу:Молим Бога дать Тебе сил на исполнение трудного подвига, который Тывзял на себя, подчиняясь Основным Законам Государственным. Мы подчиняемсяТебе и готовы служить глубоко любимой нами Родине, как ей служили Отцы иДеды, следуя их заветам... Дмитрий не с нами, он работает в Нью-Йорке, мы емусообщили о нашем письме Тебе. Младший сын Александра Михайловича, князьВасилий, согласно Основным Законам, тогда еще не достиг совершеннолетия...

Сын Кирилла Владимировича рассказывал, что его родители изПетербурга выехали в период Временного правительства, во время сравнительногоспокойствия*.

Вот что писал французский посол в России Морис Палеолог оботношении Кирилла Владимировича к Временному правительству:

Великий князь Кирилл Владимирович объявил себя заДуму.

Он сделал больше. Забыв присягу в верности и званиефлигель-адъютанта, которое он получил от императора, он пошел сегодняв четыре часа преклониться пред властью народа. Видели, как он в своейформе капитана 1-го ранга отвел в Таврический дворец гвардейские экипажи,коих шефом он состоит, и представил их в распоряжение мятежнойвласти**.

Палеолог был большим другом матери Кирилла Владимировича,великой княгини Марии Павловны (старшей), и его трудно обвинить впредвзятости оценок...***

Владимир Кириллович в вышеупомянутом интервью не рассказалсемейное предание о бегстве своих родителей из Петрограда. Об этом со словКирилла Владимировича вспоминал Александр Михайлович: Он перешел пешкомзамерзший Финский залив, неся на руках свою беременную жену Великую КнягинюВикторию Федоровну а за ними гнались большевицкие разъезды...****

В Финляндии в августе 1917 г. родился третий ребенок в семье Кирилла Владимировича - князь Владимир. По законам Российскойимперии он уже не мог носить титул великого князя, а, как правнук императора,являлся только князем императорской крови. Однако после того как КириллВладимирович объявил себя императором, его сын стал наследником престола ивеликим князем.

Великая княгиня Виктория Федоровна - Виктория Мелита, которуюв семье звали Duchy, - была дочерью герцога Саксен-Кобург-Готского Альфреда иМарии Александровны, дочери Александра II. Мария Александровна была роднойсестрой великого князя Владимира Александровича - отца Кирилла. Такимобразом, Виктория Мелита и Кирилл Владимирович были двоюродными братом исестрой. Подобные браки русская православная церковь не одобряла, к тому жеВиктория была разведена с братом императрицы Александры Федоровны - великимгерцогом Гессенским Эрнстом Людвигом. (У Виктории Мелиты бьыа дочь Елизавета,которая после развода осталась с отцом, но вскоре умерла. Великий герцог,кстати, тоже был кузеном Виктории Мелиты: его мать Алиса была дочерьюкоролевы Виктории, сестрой герцога Саксен-Кобург-Готского Альфреда.)

* Вронская Ж. Корона Российской империи // Огонек. 1990. №2. С. 28.

** Палеолог М. Царская Россия накануне революции. М.,1991. С. 353.

***По воспоминаниям участника тех событий полковника Б. А.Энгельгардта, картина представляется несколько иной: Во главегвардейского экипажа появился и вел. кн. Кирилл Владимирович. Он зашел ко мнев кабинет. Вопреки существующим рассказам, у него не было на плече красногобанта. Он казался удрученным, подавленным: очевидно, нелегко было двоюродномубрату царя принимать участие в революционном шествии. Он все же решился наэто, думая таким жестом сохранить в руках управление частью(Энгельгардт Б. А. Первые сумбурные дни революции 1917 г. (Из воспоминаний б. члена Гос. Думы) // Сегодня (Рига). 1937. 29 апреля). Примеч. сост.

**** Великий Князь Александр Михайлович. Книгавоспоминаний. Париж, 1980. С. 323.

Кирилл Владимирович обещал Николаю II, что он не женитсяна Виктории, но обещания не сдержал. Император хотел даже лишить его титулавеликого князя, но Владимир Александрович со слезами просил за сына, иавгустейший племянник не смог отказать своему дяде.

После смерти Кирилла Владимировича в 1938 г. Владимир Кириллович не решился провозгласить себя императором, оставшись Главой РоссийскогоИмператорского дома. Его признали все трое оставшиеся к тому времени в живыхвеликих князя - Борис и Андрей Владимировичи и Дмитрий Павлович и князьяГавриил Константинович и Всеволод Иоаннович. Сыновья скончавшегося в 1933 г. Александра Михайловича под заявлением о признании членами Императорского дома великого князяВладимира Кирилловича Главою дома не подписались, но в приватном письмеАндрею Владимировичу старший из братьев - Андрей Александрович безоговорочнопризнал права Владимира Кирилловича: Я лично признавал Кирилла и такимже теперь признаю его сына*.

В августе 1948 г. Владимир Кириллович обвенчался с княжнойЛеонидой Георгиевной Багратион-Мухранской. Брак этот был признан равнородным,так как до 1801 г. Багратионы были царской династией, а владетельные князьяБагратион-Мухранские - ветвь Багратионов*.

* Наследование Российского Императорского престола.Лос-Анджелес, 1985, С. 71.

Ранее Леонида Георгиевна состояла в гражданском браке самериканцем Самнером Кирби (погиб в апреле 1945 г.), имея от него дочь Елену. Мать Леониды Георгиевны, урожденная Злотницкая, принадлежала кстаринному польскому дворянскому роду, породнившемуся с грузинской знатью (ее.мать - грузинская княжна Мария Эриставова). Брак Елены СигизмундовныЗлотницкой с князем Георгием Александровичем Багратион-Мухранским по традициямцарского дома Грузии являлся династическим.

У Владимира Кирилловича и Леониды Георгиевны родилась вдекабре 1953 г. дочь Мария. Когда она достигла династическогосовершеннолетия, Владимир Кириллович издал Акт об учреждении по егокончине Блюстительства Российского Императорского престола в лице егодочери. Мария называлась единственной законной наследницей, так как всевозможные претенденты на блюстительство престола по мужской линии состояли вморганатических браках и, следовательно, лишались всех прав престолонаследия.

* Детально вопрос престолонаследия рассмотрен в статье С.В. Думина Право на престол (Родина. 1993. № 1. С. 38-43). Примеч.сост.

Рескрипт, в котором Владимир Кириллович не признавал бракисвоих родственников, а их детей называл не Романовыми, а Романовскими, каккнязей, принадлежавших к побочным линиям рода, вызвал серьезную ссору всемействе Романовых. После объявления Марии наследницей престола князьяАндрей Александрович, Роман Петрович и Всеволод Иоаннович заявили, что они, вчастности, не признают за ней права на престол: ...рассматриваемпровозглашение княгини Марии Владимировны будущей главой РусскогоИмператорского дома как акт произвола и беззакония*.

В 1976 г. Мария Владимировна вышла замуж за ФранцаВильгельма, принца Прусского, правнука императора Вильгельма II. Ему былпожалован титул великого князя Михаила Павловича, что также возмутилопотомков династии Романовых. Рождение в марте 1981 г. у Марии Владимировны сына Георгия повлекло за собой новую волну неприятия со стороныродственников. Князь Василий Александрович, к тому временистарейшина рода Романовых, опубликовал заявление, которое немогло не ранить Владимира Кирилловича: Счастливое событие в прусскомкоролевском доме не имеет отношения к Романовым, поскольку новорожденныйкнязь не принадлежит ни к Русскому Императорскому дому, ни к родуРомановых**.

Владимир Кириллович скончался 21 апреля 1992 г. в Майами (США). Русская зарубежная православная церковь отказала ему в отпевании. Хоронилиего в конце мая того же года в Санкт-Петербурге, в Петропавловской крепости,в бывшей великокняжеской усыпальнице.

Мария Владимировна объявила себя Главой РоссийскогоИмператорского дома. Ее приезд в Москву и Петербург с матерью и сыномпоказывает, что она не намерена отступать от выбранного отцом курса насближение с Россией и российским руководством.

Между тем в конце июня 1992 г. в Париже собрались мужские представители потомков Романовых: князья Николай Романович(Италия), Дмитрий Романович (Копенгаген), Андрей Андреевич (Сан-Франциско),Никита и Александр Никитовичи (Нью-Йорк), Михаил Федорович (Париж) иРостислав Ростиславович (Лондон). Они должны были договориться, кто жеофициально станет главой семейства. Решение не было принято, но князь Николайзаявил: У российской императорской династии нет больше главы, и самрусский народ должен принять в связи с этим свое решение***.

* Горохов Д. Романовы: судьба династии // Эхо планеты.1990. № 16. С. 33.

** Там же. С. 34.

***Эхо планеты. 1992. № 30. С. 24.

В 1924 году, в эмиграции, провозгласил себя Императором Всероссийским Кириллом I.

Жизнь до революции

Родился 30 сентября 1876 года в семье великого князя Владимира Александровича и великой княгини Марии Павловны.

Закончив Морской кадетский корпус и Николаевскую морскую академию, с 1 января 1904 года - начальник военно-морского отдела штаба командующего флотом в Тихом океане вице-адмирала Макарова, рядом с которым находился в момент его гибели 31 марта 1904 года при взрыве флагманского корабля «Петропавловск». Однако великий князь, несмотря на тяжёлые ранения, остался жив. Позже, за мужество он был награжден Золотым оружием.

К 1905-1909 годы был в семейном конфликте с императором Николаем II в связи со своим не санкционированным императором браком с Викторией Мелитой, разведённой с родным братом российской императрицы Александры Федоровны Эрнстом-Людвигом. Впоследствии брак был признан.

В 1909-1912 служил на крейсере «Олег», последний год - командиром. С 1913 года - в Гвардейском экипаже, а с 1914 года, с началом Первой мировой войны, продолжил службу в штабе верховного главнокомандующего. С 1915 года - командир Гвардейского экипажа. В феврале 1917 года доставил Моряков Экипажа в Петроград по приказу генерала Гурко, зная об открытом саботаже генералом приказа Императора об отправке в Петроград Уланского полка и сотни казаков. Некоторыми историками[кто?] данный факт рассматривается в качестве доказательства принадлежности Кирилла к думско-офицерскому заговору против Николая II.

Революция и Гражданская война

После Февральской революции 1917, по воспоминаниям большинства современников и своим собственным словам, сразу перешел на сторону революции, надев так называемый «красный бант». Это впоследствии ставилось ему в вину его противниками. Обвинители обычно ссылаются на следующие свидетельства:

  • «Я и вверенный мне Гвардейский экипаж вполне присоединились к новому правительству. Уверен, что и вы, и вся вверенная вам часть также присоединитесь к нам.

Командир Гвардейского экипажа Свиты Его Величества контр-адмирал Кирилл».

  • «Появление Великого князя под красным флагом было понято как отказ Императорской фамилии от борьбы за свои прерогативы и как признание факта революции. Защитники монархии приуныли. А неделю спустя это впечатление было еще усилено появлением в печати интервью с Великим князем Кириллом Владимировичем, начавшееся словами: мой дворник и я, мы одинаково видели, что со старым правительством Россия потеряет все. И кончавшееся заявлением, что Великий князь доволен быть свободным гражданином, и что над его дворцом развевается красный флаг».

Генерал П.Половцев.

  • «…Даже я как великий князь, разве я не испытывал гнет старого режима?.. Разве я скрыл перед народом свои глубокие верования, разве я пошел против народа? Вместе с любимым мною гвардейским экипажем я пошел в Государственную Думу, этот храм народный… смею думать, что с падением старого режима удастся, наконец, вздохнуть свободно в свободной России и мне… Впереди я вижу лишь сияющие звезды народного счастья».
  • «Исключительные обстоятельства требуют исключительных мероприятий. Вот почему лишение свободы Николая и его супруги оправдываются событиями…».

С другой стороны, градоначальник Петрограда А. Балк свидетельствовал, что ещё 27 февраля великий князь предлагал военному министру генералу Беляеву и командующему Петроградским военным округом генералу Хабалову свой Гвардейский экипаж для борьбы с беспорядками. Когда его предложения не были приняты, он совместно с дядей, великим князем Павлом Александровичем, разработал план сохранения на престоле императора Николая II путем частичных уступок умеренному крылу революционеров. Так как воззвание временного правительства от 28 февраля 1917 провозглашало незыблемость самодержавия, великий князь 1 марта прибыл в Таврический дворец, чтобы предоставить в распоряжение единственного функционировавшего в Петрограде государственного органа - Думы свой Гвардейский Экипаж. Одновременно с этим вместе с великим князем Павлом Александровичем он участвовал в подготовке проекта манифеста, который они хотели вручить на подпись Николаю II.

8 марта 1917 временное правительство отдало приказ об аресте экс-императора Николая Александровича Романова и его семьи. Кирилл Владимирович в знак протеста подал в отставку. Вскоре он нелегально выехал в Финляндию, которая тогда ещё оставалась в составе Российской империи, где у него родился сын Владимир, после смерти отца унаследовавший его претензии на главенство в Императорском доме.

В период Гражданской войны в России 1917-1922 Кирилл Владимирович искал возможные пути к восстановлению монархии. Для этого он встречался с генералом Маннергеймом, направил своего представителя к Юденичу, вел переговоры с некоторыми немецкими генералами, но, поняв, что белое движение обречено, оставил мысль о вооруженном сопротивлении. Вскоре ему пришлось эмигрировать в Швейцарию.

Жизнь в эмиграции. Самопровозглашённый император

После расстрела в 1918 году в Екатеринбурге Николая II и его семьи, а также его брата Михаила Александровича, Кирилл Владимирович оказался старшим членом династии. 31 августа 1924 года он, несмотря на то, что Советский Союз уже был признан некоторыми государствами, на правах старшего представителя династии провозгласил себя императором Всероссийским под именем Кирилла I. Это решение было поддержано далеко не всеми русскими монархистами, указывавшими на участие Кирилла в Февральской революции и на то, что Николай II не признавал его брака (подробнее см. ниже).Кирилл Владимирович 30 апреля 1924 года создал Корпус Императорской Армии и Флота, в составе которого в 1928 году было 15 тысяч человек.

После эмиграции Кирилл Владимирович и его жена поселились в Кобурге, где жил двоюродный брат великой княгини Виктории Федоровны герцог Карл Эдуард. Виктория Федоровна и Кирилл Владимирович жертвовали средства в начале 1920-х годов нацистской партии. Виктория Федоровна даже продала для этого свои фамильные драгоценности. Деньги нацистам передавались через русского генерала-эмигранта Василия Бискупского.

Находясь в эмиграции, Кирилл Владимирович много помогал безработным, заботился о русских беженцах. Ненависть к советскому народу он строго осуждал, отдавая преимущество народному труду. «Промысел Божий, престол государев, труд народный - вот те силы, которые приведут Россию снова к светлым дням. Не нужно уничтожать никаких учреждений, жизнью вызванных, но необходимо отвернуться от тех из них, которые оскверняют душу человеческую», - писал он. «Я неоднократно подтверждал, что вера моя в русский народ непоколебима, - говорил он в 1931 году. Я всегда был убежден, что коммунизм изживет себя, и на его развалинах вырастут новые живые силы народа, которые и возьмут власть в свои руки… Эти силы выведут Россию на путь возрождения и создадут ей великое будущее. Моя задача и заключается в том, чтобы помочь выявлению этих русских народных сил».

Кирилл Владимирович скончался 12 октября 1938 года в одной из клиник Парижа. Причиной его смерти стала болезнь ног - последствия ран, полученных при гибели «Петропавловска». Вместе со своей супругой Викторией Фёдоровной (урождённой Принцессой Великобританской, Ирландской и Саксен-Кобург-Готской Викторией-Мелитой) он был похоронен в Кобурге (Германия) в родовой усыпальнице Герцогов Саксен-Кобург-Готских. 7 марта 1995 года их останки были торжественно перезахоронены в Великокняжеской усыпальнице Петропавловского собора Санкт-Петербурга.

Наследником «кирилловской» линии претендентов на главенство в Российском императорском доме стал его сын Владимир Кириллович, признанный в этом качестве большинством живших в то время членов дома Романовых. В отличие от отца, он не стал провозглашать себя Императором.

Вопрос о праве на престол

Права Кирилла (и, тем самым, его наследников) на императорский престол России неоднократно подвергались сомнению с чисто юридической точки зрения, причём, парадоксальным образом, наиболее часто упоминавшийся его противниками при его жизни аргумент - участие в Февральской революции (что также является предметом споров), - имеет здесь «вес», пожалуй, наименьший (между прочим, в этом были повинны так или иначе все великие князья, включая и тех, кто оспаривал впоследствии у Кирилла права главы императорского дома в изгнании).

Проблема заключается в применении к Кириллу и его потомству статей 183-185 российского Закона о престолонаследии:

8 октября 1905 года Кирилл Владимирович вступил в брак со своей двоюродной сестрой - Викторией Мелитой, дочерью герцога Эдинбургского, разведённой супругой герцога Эрнста Гессен-Дармштадтского. На основании этого император Николай II намеревался лишить Кирилла всех прав члена императорской фамилии, включая права на наследование Престола, так как этот брак: не был разрешён Императором (ст. 183)- невеста не собиралась принимать при заключении брака православной веры (ст. 185)- данный близкородственный брак, заключаемый между двоюродным братом и сестрой, противоречил православным канонам и не допускался гражданским правом Российской империи (ст. 186). Сохранившиеся архивные материалы обсуждения данного вопроса в Государственном совете указывают на то, что Николай решительно настаивал на лишении кузена прав престолонаследия, однако члены Государственного совета предлагали не объявлять этого решения публично, ибо очередь на престол, «по всему человеческому рассуждению, никогда до него не дойдёт», и никакого указа Николая II, лишающего великого князя Кирилла Владимировича прав на престол, истории не известно.

В ГАРФе хранятся архивные документы двух секретных совещаний 1906-1907 гг. (ГА РФ, ф. 601, оп. 1, д. 2141, лл. 8-15 об.- д. 2139, лл. 119-127 об.), на которых Николаем II был поставлен вопрос о возможности лишения прав престолонаследия всего потомства Великого князя Кирилла Владимировича (из-за недопустимого брака, нарушившего фамильные, церковные и гражданские законы Империи). Тем не менее, в Придворном календаре, определявшем последовательность престолонаследия, по состоянию на 1917 год Великий князь Кирилл Владимирович упомянут третьим, сразу после цесаревича Алексея и Великого князя Михаила Александровича, поскольку в Придворном календаре упоминались и другие члены Династии, не имевшие прав престолонаследия (например, княжна Татьяна Константиновна, которая была вынуждена в 1911 г. подписать отречение от своих прав на престол из-за брака с кн. Багратион-Мухранским, который был признан неравнородным).

15 июля 1907 года, после того, как Виктория приняла православие, Николай II признал брак Кирилла Владимировича именным указом, присвоил супруге Кирилла титул «Великой княгини Виктории Феодоровны», а родившейся от этого брака дочери Марии Кирилловне - титул княжны крови императорской. Характерно, что это решение было обосновано уважением к ходатайству отца Кирилла, дяди императора - Владимира Александровича. 14 апреля 1909 года Кириллу были возвращены все права члена императорской фамилии

Противники прав Кирилла и «кирилловской» ветви на российский престол указывают прежде всего на то, что он был лишён последним царствовавшим императором этих прав в полном соответствии с действовавшим законодательством, и что восстановление его в правах члена императорской фамилии не сопровождалось эксплицитным восстановлением прав на престолонаследие, и его претензии на престол незаконны. Тем не менее, так как в императорском рескрипте от 15 июля 1907 (о признании брака и пожаловании титула Великой Княгини) и от 14 апреля 1909 (о восстановлении в правах члена Императорского Дома) не говорится о каком-либо выборочном восстановлении в правах, следовательно, Кирилл был восстановлен во всех правах, включая право на престолонаследие, тем более, что никакого специального указа о лишении Кирилла прав на престол не было, и брак его был официально признан, как указано выше.

Нередко противниками кирилловской линии указывается и на то, что вдовствующая императрица Мария Фёдоровна, мать Николая II, не одобрила принятие титула Императора Всероссийского великим князем Кириллом в 1924 году, так как надеялась, что ее сын и внуки еще живы. Данный аргумент, в отличие от предыдущих, не имеет юридической силы.

Сторонники прав Кирилла утверждают, что всякий Член Императорской Фамилии ipso facto имел права на престол, следовательно, указы 1907 и 1909 годов восстановили Кирилла и в праве престолонаследия. Согласно этой точке зрения, то, что царствовавший император признал его брак, тем самым сняло все проблемы, связанные с законодательством.

Впрочем, сам Закон о престолонаследии и другие нормативные акты Российской империи в настоящее время не имеют юридической силы и ни одна территория не находится под их юрисдикцией. Как не существует и самого престола в России.

Дети

  • Мария Кирилловна (1907-1951)
  • Кира Кирилловна (1909-1967)
  • Владимир Кириллович (1917-1992)

Категория: 

Оценить: 

Голосов пока нет

Добавить комментарий

 __  __  _      __  __   ____   _____     _    
\ \/ / | | \ \/ / / ___| |__ / / \
\ / | | \ / | | / / / _ \
/ \ | |___ / \ | |___ / /_ / ___ \
/_/\_\ |_____| /_/\_\ \____| /____| /_/ \_\
Enter the code depicted in ASCII art style.

Похожие публикации по теме